«Держите имя мое честно и грозно!»
Иван III

Иван Васильевич был вторым сыном великого князя Василия II и его супруги Марии Ярославны. Родился он в Москве 22 января 1440 в бурный исторический период. В стране, то вспыхивая, то затухая, шла усобица между потомками великого князя Владимирского Дмитрия Донского. Первоначально (с 1425 по 1434) за московский престол боролся князь Звенигородский и Галицкий Юрий Дмитриевич, предъявлявший свои права на основе отцовского завещания, и его племянник Василий II, унаследовавший московский трон от отца Василия I. После смерти Юрия Дмитриевича в 1434 престол московский занял старший сын Василий Косой, однако младшие братья его княжения не признали и со словами: «Если не угодно было Богу, чтобы наш отец княжил, то тебя не хотим мы и сами» вынудили уступить трон Василию II.

Фигура Ивана Великого на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде. У его ног (слева направо) поверженные литовец, татарин и балтийский немец

Неспокойно в те годы было и на восточных границах Руси - многочисленные ханы распавшейся Золотой Орды регулярно совершали на русские земли опустошительные набеги. Особенно «отличился» Улу-Мухаммед, возглавлявший Большую Орду, однако в 1436 прогнанный более удачливым конкурентом. Покочевав некоторое время, хан в конце 1437 захватил город Белев, намереваясь переждать здесь зиму. Против него выдвинулось войско во главе с Дмитрием Шемякой - вторым сыном покойного Юрия Дмитриевича. Русские, обладавшие численным перевесом, проявили беспечность и в декабре 1437 потерпели поражение. Ободренный Улу-Мухаммед двинулся к Волге и вскоре занял Казань, основав впоследствии Казанское ханство. В последующие десять лет он и его сыновья трижды совершали набеги на земли русские. Особенно успешным оказался последний поход 1445 - в битве под Суздалем в плен попал сам великий князь Василий II. А спустя несколько дней сгорела Москва - от огня даже обрушилась часть крепостных стен. Татары, к счастью, не решились наступать на беззащитный город.

В октябре этого же года Улу-Мухаммед, назначив громадный выкуп, освободил Василия Васильевича. Сопровождали великого князя домой татарские послы, которые должны были наблюдать за сбором выкупа в различных русских городах и селах. К слову, до тех пор, пока нужная сумма не была собрана, татары имели право управлять населенными пунктами. Разумеется, подобный договор с врагом нанес страшный удар по престижу Василия II, чем воспользовался Дмитрий Шемяка. В феврале 1446 Василий Васильевич с сыновьями Иваном и Юрием отправился в Троицкий монастырь на богомолье. В его отсутствие в Москву вьехал князь Дмитрий со своим войском и арестовал жену и мать Василия II, а также всех бояр, оставшихся верными великому князю. Сам Василий Васильевич был взят в Троице под стражу. О его детях заговорщики впопыхах забыли, и московский воевода Иван Ряполовский тайно вывез княжичей Юрия и Ивана в Муром. А в середине февраля их отец по распоряжению Дмитрия Шемяки был ослеплен (отчего впоследствии получил прозвище «Тёмный») и выслан в заточение в город Углич.

Удержание власти оказалось делом гораздо более трудным, чем ее захват. Старомосковская знать, справедливо опасавшаяся оттеснения от должностей пришедшими из Галича людьми Дмитрия Шемяки, стала постепенно покидать Москву. Поводом к тому послужили и действия новоиспеченного великого князя, давшего приказ доставить к нему Юрия и Ивана Васильевичей, гарантируя им при этом не только полную неприкосновенность, но и освобождение из-под заточения их отца. Но вместо этого Дмитрий Шемяка отправил ребятишек в тот же Углич под стражу. Уже к осени 1446 возник вакуум власти, и в середине сентября - спустя семь месяцев после вокняжения в городе Москве - великому князю пришлось сдержать свое обещание и отпустить на свободу слепого соперника, предоставив город Вологду в вотчину. Это стало началом его конца - вскоре в северном городе собрались все враги Дмитрия. Игумен Кирилло-Белозерского монастыря освободил Василия II от крестоцелования Шемяке, и спустя год после ослепления Василий Темный торжественно возвратился в Москву. Его противник бежал в свою вотчину и продолжил борьбу, однако в 1450 потерпел поражение в битве и потерял Галич. Поскитавшись со своими людьми по северным районам Руси, Дмитрий Шемяка обосновался в Новгороде, где и был отравлен в июле 1453.

Можно только догадываться, какие чувства обуревали князя Ивана Васильевича в детские годы. Самое малое три раза его должен был одолевать смертельный страх - пожар в Москве и пленение отца татарами, бегство из Троицкого монастыря в Муром, углицкое заключение после выдачи Дмитрию Шемяке - все это пришлось перенести пяти-шестилетнему мальчику! Его ослепший отец, вернув себе престол, перестал церемониться не только с явными противниками, но и с любыми потенциальными соперниками. Например, в июле 1456 неизвестно за что он отправил в Угличскую темницу своего шурина Василия Серпуховского. Правление слепца завершилось и вовсе публичными массовыми казнями - событие неслыханное прежде на Руси! Узнав о решении служилых людей освободить из заточения Василия Серпуховского, Василий II повелел «всех имати, и бити кнутием, и ногы резати, и сечи рукы, а иным отсекати главы». Скончался Василий Темный в конце марта 1462 от мучившей его сухотной болезни (костный туберкулез), передав великое княжение своему старшему сыну Ивану, а также наделив каждого из остальных четырех сыновей крупными владениями.

К тому времени двадцатидвухлетний Иван Васильевич обладал уже немалым политическим опытом - с 1456 он обладал статусом великого князя, являясь, тем самым, соправителем своего отца. В январе 1452 двенадцатилетний наследник престола формально возглавил выступление московских ратей против Дмитрия Шемяки, а летом этого же года женился на еще более юной дочери князя Бориса Тверского Марии. Их единственный сын родился в феврале 1458 и был назван также Иваном. А в следующем году Иван Васильевич встал во главе русских войск, отбивших попытку татаров под преводительством хана Сеид-Ахмета переправиться на северные берега Оки и вторгнуться на Московские земли. Стоит отметить, что в дальнейшем Иван Васильевич принимал участие в походах лишь в случае крайней нужды, предпочитая вместо себя посылать кого-либо из бояр или братьев. Военные действия при этом он готовил очень тщательно, четко объясняя каждому воеводе, что конкретно тот должен предпринять.

О действиях Ивана III по укреплению власти в первые годы известно очень мало. Общий характер его внутренней политики сводился к ревизии дворянского и боярского землевладения - в случае, если кто-либо не мог привести доказательств своих прав на ту или иную деревню или село, землю передавали великому князю. Это имело довольно ощутимые результаты - увеличилось количество служилых людей, непосредственно зависящих от великого князя. А это в свою очередь привело к возрастанию мощи его личного войска. Последствия сказались быстро - уже в самом начале правления Иван III перешел к наступательной тактике. Действовал он преимущественно на северо-восточном и восточном направлениях. Усмирив Вятку, давнего союзника Дмитрия Шемяки, великий князь организовал несколько походов на смежные финно-угорские племена: пермь, черемисов, югру. В 1468 русские войска совершили успешный поход на земли Казанского ханства, а в 1469, осадив Казань, вынудили хана Ибрагима принять все условия мира - в частности, возвратить пленников, попавших к татарам за последние сорок лет.

В апреле 1467 Иван Васильевич овдовел. Супругу его, по всей видимости, отравили - тело после смерти страшно распухло. Теперь великому князю предстояло найти новую жену. В 1469, благодаря посредничеству жившего в Москве купца Джанбаттиста делла Вольпе, из Италии прибыли послы с брачным предложением. Жениться Ивану III предлагали на племяннице последнего императора Византии Константина XI. Идея породниться со столь знаменитым родом представилась Ивану Васильевичу заманчивой, и он дал согласие. В ноябре 1472 Зоя Палеолог прибыла в Москву и была обвенчана с великим князем. На Руси ее прозвали Софьей Фоминишной, впоследствии она родила великому князю шестерых дочерей (из которых три умерли в младенчестве) и пятерых сыновей.

Этот брак, к слову, имел для Руси далекие последствия. Дело было вовсе не в царском происхождении девушки, а в установлении крепких связей с североитальянскими городами-государствами, являющимися в то время в Европе самыми развитыми в культурном отношении. Здесь необходимо отметить, что, придя к власти в 1462, юный государь помимо прочего озаботился коренной перестройкой старой Московской крепости. Задача эта была не из легких, и дело заключалось не только в скудости великокняжеской казны. Десятилетия культурного и экономического упадка, предшествующие правлению Ивана Васильевича, привели к тому, что на Руси были практически утрачены традиции каменного зодчества. Это наглядно продемонстрировала возведения Успенского собора - по окончании строительства стены нового здания искривились и, не выдержав собственной тяжести, обвалились. Иван III, используя связи своей супруги Зои Палеолог, обратился к итальянским мастерам. Первой ласточкой стал житель Болоньи Аристотель Фиораванти, известный своими передовыми техническими решениями. Он приехал в Москву весной 1475 и сразу взялся за дело. Уже в августе 1479 собор Успения Богородицы в Московском Кремле был окончен и освящен митрополитом Геронтием. К строительству православных храмов Аристотеля с той поры более не привлекали, предпочитая задействовать русских мастеров, учившихся у итальянца. Но в целом Иван Васильевич счел полученный опыт успешным, и следом за Аристотелем Фиорованти на Руси появились и другие иностранцы - Антонио Джиларди, Марко Руффо, Пьетро Антонио Солари, Алоизио да Карезано. На Русь приезжали не только итальянские строители, но и пушечники, врачи, мастера серебряных, золотых и горных дел. Тот же Аристотель Фиорованти в дальнейшем использовался великим князем как литейщик и пушечник. Он принял участие во множестве походов, готовил артиллерию русских к бою, командовал обстрелами осажденных городов, наводил мосты и осуществлял множество иных инженерных работ.

В 1470-ые годы основной заботой Ивана III стало подчинение Новгорода. Испокон веков новгородцы контролировали весь север нынешней европейской России до Уральского хребта включительно, ведя обширную торговлю с западными странами, в первую очередь с Ганзейским союзом. Подчиняясь по традиции великому князю Владимирскому, они имели немалую автономию, в частности осуществляли самостоятельную внешнюю политику. В XIV веке в связи с усилением Литвы новгородцы взяли за обыкновение приглашать в свои города (например, в Корелу и Копорье) литовских князей на княжение. А в связи с ослаблением влияния Москвы у части новгородской знати и вовсе родилась мысль «отдаться» литовцам - порядки, существовавшие там, казались отдельным лицам более привлекательными, чем те, что сложились исторически в Руси Московской. Настроения, зревшие долгое время, выплеснулись в конце 1470 - к королю Польши Казимиру были отправлены послы с прошением взять Новгород под свое покровительство.

Иван Васильевич пытался погасить конфликт средствами мирными, однако к добру это не привело. И тогда летом 1471 московское войско, разделившись на четыре отряда, вышло в поход. На войну также по велению великого князя двинулись и псковичи. В Новгороде, между тем, царили шатания и разброд. Король Казимир прийти на подмогу не пожелал, и многие из жителей города - по преимуществу, простолюдины - биться с Москвой абсолютно не хотели. Это показало сражение на реке Шелони - в июле небольшой отряд князей Федора Стародубского и Данилы Холмского легко разбил новгородскую рать, превосходившую москвичей в восемь (а по некоторым оценкам - в десять) раз. Фактически новгородцы кинулись наутек сразу после начала битвы. Вскоре после этого к Ивану Васильевичу явилась делегация из Новгорода, возглавляемая архиепископом Феофилом. Послы униженно просили о пощаде, и Иван III смягчился. Согласно заключенному договору новгородцы обязались выплатить громадную контрибуцию, отдать Москве Вологду и Волок и полностью разорвать связи с Польско-Литовской державой.

Последовательность и четкость действий великого князя в деле покорения Новгорода поистине поражает. Иван III не допускал никаких импровизаций и каждый его шаг - едва ли не математически просчитанный - ограничивал жизненное пространство «демократии» Новгорода, превратившейся в XV веке в олигархический режим. В октябре 1475 Иван Васильевич снова отправился в Новгород. Целью этого «похода миром» формально стало рассмотрение поступавших на имя великого князя многочисленных жалоб на местные власти. Неспешно двигаясь по Новгородским землям, Иван III практически ежедневно принимал у себя послов от новгородцев, преподносивших великому князю богатые дары. В конце ноября Иван Васильевич торжественно въехал в город, а его войско заняло окрестности. Проведя судебное разбирательство, великий князь арестовал двух бояр и трех посадников и в оковах отправил их в Москву. Прочих же «винных» он отпустил на свободу, взяв с них предварительно по полторы тысячи рублей, которые ушли в пользу истцов и в казну. С начала декабря и до конца января с незначительными перерывами Иван III пировал, находясь в гостях у бояр Новгорода. Всего за сорок четыре дня было проведено семнадцать(!) пиров, превратившихся для новгородской знати в сущий кошмар. Однако до полного подчинения Новгородских земель было еще далеко - уже в 1479 новгородцы снова обратились за поддержкой к королю Казимиру. Осенью этого же года Иван Васильевич во главе огромного воинства осадил город. Мятежники предпочли сдаться, однако на этот раз победитель оказался не так милостив. После проведения розыска было казнено свыше сотни «крамольников», конфискована вся новгородская казна и арестован архиепископ Феофил.

В начале 1480 против Ивана III восстали его братья: Андрей Большой и Борис Волоцкий. Формальным поводом стал арест князя Ивана Оболенского, осмелившегося отъехать от великого князя на службу к Борису Волоцкому. В целом это соответствовало древним традициям, однако именно их Иван Васильевич считал необходимым поломать - они противоречили его замыслу стать «государем всея Руси». Разумеется, подобное отношение к суверенным правам вызвало возмущение братьев. Имелась у них и еще одна обида - старший брат не хотел делиться вновь приобретенными землями. В феврале 1480 Борис Волоцкий прибыл в Углич к Андрею Васильевичу, после чего они вместе с двадцатитысячным войском двинулись к границе с Литвой, собираясь отъехать к королю Казимиру. Однако тот воевать с Иваном III не собирался, позволив лишь семьям мятежных Васильевичей жить в Витебске. Иван Васильевич же, срочно вернувшись в Москву из Новгорода, по-хорошему попытался с братьями договориться, дав им слово уступить ряд волостей. Однако мириться родственники не пожелали.

Картина Н. С. Шустова «Иван III свергает татарское иго, разорвав изображение хана и приказав умертвить послов» (1862)

Еще в 1472 русские войска успешно отразили попытку татар форсировать Оку. Именно с этого момента времени Иван Васильевич перестал платить татарам дань. Подобное положение дел многолетним мучителям русских земель, само собой, не нравилось, и летом 1480 хан Ахмат - глава Большой Орды - заключил с королем Казимиром союз с целью взять и разорить Москву. Русские рати со всех подвластных Ивану Васильевичу земель, кроме Пскова и Новгорода, заняли позицию на северном берегу реки Оки, ожидая неприятеля. А вскоре на помощь подошли и тверичи. Ахмат, между тем, достигнув Дона, мешкал - обстановка в Литве обострилась, и Казимир, страшась заговора, решил не покидать свой замок. Лишь в сентябре, так и не дождавшись союзника, Ахмат пошел в сторону литовских владений на запад и остановился близ Воротынска. Иван Васильевич, узнав об этом, дал сыну приказ занять оборону на Угре, а сам тем временем вернулся в Москву. К этому времени его братья Борис и Андрей, ограбив землю Псковскую, окончательно убедились, что поддержки от короля Казимира им не видать, и приняли решение помириться с великим князем. К чести Ивана III стоит отметить, что он простил мятежных родственников, повелев им как можно быстрее двинуться на войну с татарами.

Сам Иван III, отправив казну и семью на Белоозеро, начал готовить Москву к осаде. В начале октября татары вышли к реке, однако после четырехдневных боев переправиться через Угру у них так и не вышло. Ситуация стабилизировалась - татары время от времени совершали попытки преодолеть естественный рубеж обороны русских, однако каждый раз получали решительный отпор. Успешные действия на Угре подарили Ивану III надежду на победное окончание войны. В середине октября великий князь направился к месту боевых действий, остановившись в пятидесяти километрах севернее реки, в Кременце. Подобная диспозиция давала ему возможность оперативно руководить русскими силами, расположенными на участке в семьдесят километров, а в случае неудачи - шанс избежать плена, поскольку о судьбе своего отца Иван Васильевич никогда не забывал. В конце октября ударили морозы, и спустя несколько дней лед сковал реку. Великий князь повелел войскам отступать к Кременцу, готовясь дать татарам решающее сражение. Но хан Ахмат переходить Угру не стал. Послав Ивану III грозное письмо с требованием выплатить дань, татары отступили - к тому времени они, полностью разорив верховья Оки, оказались «босы и нагы». Так провалилась последняя крупная попытка Орды восстановить над Русью свою власть - в январе 1481 был убит хан Ахмат, а вскоре перестала существовать и Большая Орда. Победоносно завершив войну с татарами, Иван III подписал с братьями новые договора, отдав Борису Волоцкому несколько крупных сел, а Андрею Большому - город Можайск. Больше он уступать им не собирался - в июле 1481 скончался еще один сын Василия Темного Андрей Меньшой, и все его земли (Заозерье, Кубена, Вологда) перешли к великому князю.

Диорама «Стояние на Угре»

В феврале 1481 Иван III отправил на помощь псковичам, долгие годы своими силами воевавшими с Ливонией, двадцатитысячную рать. В жестокие морозы русские воины, по словам летописца, «плениша и пожгоша земли Немецкие, за свое отмстиша в двадесятеро и более». В сентябре этого же года Иван Васильевич от имени псковичей и новгородцев (такова была традиция) заключил с Ливонией десятилетний мир, добившись в Прибалтике некоторого спокойствия. А весной 1483 русское войско ведомое Федором Курбским и Иваном Салтыком Травиным отправилось в поход на восток против вогуличей (они же манси). С боями дойдя до Иртыша, русские рати погрузились на корабли и добрались на них до Оби, а затем проплыли по реке до самых низовий. Подчинив там местных хантов, к наступлению зимы войско успело благополучно возвратиться домой.

В октябре 1483 Иван III стал дедом - у старшего сына Ивана Ивановича и его жены Елены - дочери господаря молдавского Стефана Великого - родился сын Дмитрий. Это стало началом многолетнего семейного конфликта, имевшего самые серьезные последствия. Великий князь, вздумавший наградить невестку, обнаружил исчезновение части фамильных ценностей. Выяснилось, что его супруга Софья Фоминишна (она же Зоя Палеолог) подарила часть казны жившему в Италии брату Андрею, а также своей племяннице, находящейся замужем за князем Василием Верейским. Иван Васильевич велел злоумышленников «поимати». Верейскому и его супруге удалось сбежать в Литву, но вскоре после этого свое существование прекратил верейско-белозерский удел. Гораздо более существенным событием стало то, что Иван III на долгие годы потерял к Софье Фоминишне доверие, приблизив к себе невестку Елену.

В 1483 Иван III фактически прибавил к своим владениям город Рязань - после кончины Василия Рязанского племянник его заключил с великим князем соглашение, по которому полностью отказывался от прав внешних сношений. В этом же году Иван Васильевич снова взялся за непокорных новгородцев. Новая партия крамольников была доставлена в Москву и подвергнута пыткам, после чего отправлена в темницы по различным городам. Окончательной точкой в деле «умиротворения» Новгорода стало расселение по русским городам свыше тысячи самых знатных и богатых новгородцев, вслед за которыми последовало около семи тысяч черных и житьих людей. Наделы выселенных передавались помещикам, прибывавшим в землю Новгородскую из Великого княжества Владимирского. Процесс этот продолжался не одно десятилетие.

Осенью 1485 Иван Васильевич покорил Тверь. Тверская земля, окруженная владениями Москвы практически со всех сторон, была обречена. Еще весной местному князю Михаилу Борисовичу был навязан договор, обязывавший его отказаться от всяких контактов с Литвой - единственным государством, способным гарантировать Твери независимость. Очень скоро москвичи узнали, что князь Тверской условий договора не соблюдает. Но Иван III только этого и ждал - в начале сентября его войска осадили город, Михаил Борисович бежал в Литву, а горожане предпочли сдаться на милость победителя. Спустя два года великого князя ждал новый успех. Вмешавшись в борьбу казанских «царей», он весной 1487 отправил к Казани огромную рать. В начале июля Али-хан, видя русское войско под стенами города, открыл ворота. Победители же посадили на Казанский престол своего ставленника именуемого Мухаммед-Эмином. Кроме того в городе обосновался русский гарнизон. Почти до самой кончины Ивана III ханство Казанское оставалось вассалом России.

Кроме объединения русских земель великий князь вел и энергичную внешнюю политику. Его крупнейшим достижением стало налаживание прочных связей с германскими императорами Фридрихом II и сыном его Максимилианом. Контакты со странами Европы помогли Ивану Васильевичу выработать действовавший несколько столетий государственный герб России и придворный церемониал. А в 1480 Ивану III удалось заключить стратегически крайне выгодный союз с крымским ханом Менгли-Гиреем. Крым сковывал силы как Польско-Литовской державы, так и Большой Орды. Набеги крымцев, нередко скоординированные с Москвой, обеспечивали спокойствие южных и ряда западных границ Русской державы.

К началу 1490 все земли, когда-либо входившие в Великое княжество Владимирское, подчинились Ивану Васильевичу. Кроме того у него получилось ликвидировать практически все княжеские уделы - свидетельства прошлой раздробленности страны. Оставшаяся к тому времени «братия» даже не помышляла о соперничестве с великим князем. Тем не менее, в сентябре 1491 Иван III, пригласив брата Андрея Большого к себе в гости, велел его «поимати». Cреди перечня старых обид великого князя имелась одна новая. Весной 1491 впервые в истории русские войска предприняли наступательный поход на татар в степь. Иван III отправил на подмогу своему союзнику Менгли-Гирею, сражавшемуся с Большой Ордой, огромное войско, однако Андрей Васильевич людей не дал и ничем не помог. Воевать, к слову, тогда не пришлось - хватило одной демонстрации силы. Расправа с братом была жестокой - посаженный «в железа» князь Андрей скончался в ноябре 1493, а его углицкий удел перешел к великому князю.

В 1490 Иван Васильевич озвучил новую внешнеполитическую цель - под своей властью объединить все исконно русские территории, став не на словах, а на деле «государем всея Руси». Отныне великий князь не признавал законными захваты русских земель, некогда осуществленные Польшей и Литвой, о чем и было доложено польским послам. Это было равносильно объявлению войны Польско-Литовской державе, контролировавшей в то время не только нынешние белорусские и украинские, но и верховские и брянские земли, входящие сегодня в состав России. Справедливости ради, необходимо отметить, что война эта уже шла с 1487. Изначально она носила характер мелких пограничных схваток, причем инициатива принадлежала подданным Ивана Васильевича. Великий князь отрицал свою причастность к подобным действиям, однако жителям спорных земель ясно дали понять, что спокойствие настанет лишь тогда, когда они примут решение присоединиться к «Русии». Еще одним фактором, позволившим Ивану III вмешаться во внутренние дела Литовской державы, стали участившиеся эпизоды насаждения католической веры и ущемления прав православных.

В июне 1492 умер польский король Казимир и на съезде знати новым государем был выбран его старший сын Ян Альбрехт. Великим князем Литовским на этом же съезде стал Александр, который, дабы остановить пограничную войну, предложил Ивану Васильевичу Фоминск, Вязьму, Березуйск, Перемышль, Воротынск, Одоев, Козельск и Белев, а также посватался к дочери великого князя Елене. Иван III дал согласие на брак, который после долгих согласований был заключен в феврале 1495. Однако все это лишь ненадолго отсрочило войну. Поводом к началу военных действии стала пришедшая в апреле 1500 о том, что великий князь Александр в нарушение условий «брачного договора» пытается навязать католическую веру своей супруге, а также русским князьям, имевшим на востоке страны земли.

Ответ Ивана III был скор и страшен - уже в мае три рати двинулись по направлениям Дорогобуж-Смоленск, Белый, Новгород-Северский-Брянск. Приоритетным было южное направление, и именно здесь удалось добиться наибольших результатов - под власть Москвы перешли Трубчевск, Мценск, Гомель, Стародуб, Путивль, Чернигов. В июле 1500 на реке Ведроши русское войско разбило основные силы литовцев, взяв в плен их командующего князя Константина Острожского. Итоги войны могли оказаться еще более впечатляющими, если бы на стороне Литвы не выступила Ливония. В конце августа 1501 ливонское войско, ведомое магистром Вальтером фон Плеттенбергом, нанесло поражение русским на реке Серице, а затем осадило Изборск. Русская рать вернула долг уже в ноябре - знаменитый полководец Даниил Щеня, вторгшись в земли Ливонии, разбил немецкое войско под Гельмедом. Взяв немалые трофеи в дерптском и рижском архиепископствах, силы русских благополучно вернулись к Ивангороду. Следующая встреча с немцами произошла спустя год. В сентябре 1502 они осадили Псков, однако благодаря своевременному подходу основного войска псковичам удалось нанести ливонцам поражение и захватить обоз противника. В целом же необходимость держать значительную рать в Прибалтике ограничивала возможности на литовском направлении, и предпринятая в конце 1502 осада Смоленска результата не принесла. Тем не менее, перемирие, заключенное весной 1503, закрепило успехи первых месяцев войны.

Иван III Васильевич. Гравюра из «Космографии» А. Теве, 1575 год

В конце жизни Иван Васильевич получил возможность наглядно видеть плоды своих трудов. За сорок лет его правления Русь из полураздробленной державы превратилась в могучее государство, вселявшее страх в соседей. Великому князю удалось уничтожить практически все уделы на землях бывшего Великого Владимирского княжества, достичь полного подчинения Твери, Рязани, Новгорода, значительно расширить границы Российского государства - именно так оно отныне именовалось! Кардинально поменялся статус и самого Ивана III. «Государями» великих князей называли еще в середине XIV века, но Иван Васильевич первым представил государство как систему власти, при которой все подданные, включая родных и родственников, являются лишь слугами. Рукотворное сокровище Ивана III - Московский Кремль - до настоящего времени представляет собой один из основных символов России, а среди нерукотворных достижений великого князя можно выделить введенный им в действие осенью 1497 Судебник - единый законодательный кодекс, настоятельно требовавшийся Руси в связи с объединением прежде раздробленных земель в единое государство.

Необходимо отметить, что Иван III был правителем жестоким. Многих он повергал в ужас одним своим «ярым оком» и, не колеблясь, мог отправить человека на смерть по вполне невинным сегодня причинам. К слову, осталась в России одна сила, которую Иван Васильевич одолеть так и не смог. Это была Русская Православная Церковь, превратившаяся в оплот оппозиции. Лишаясь вотчин и волостей, бояре и князья отчасти вынужденно, отчасти добровольно постригались в монахи. Предаваться, как подобает чернецам, аскезе бывшая знать не желала и стремилась к всяческому расширению монастырских земель, захватывая их у крестьян силой или получая от землевладельцев в дар (накануне 7000-го (1491) года от сотворения мира большинство бояр и дворян в ожидании второго прихода Христа безвозмездно жертвовало монастырям огромные земельные владения). Именно желание подчинить Церковь, а также обуздать неконтролируемое разрастание церковных земель подтолкнуло Ивана Васильевича к связам с группой вольнодумцев, названных впоследствии «жидовствующими» (по имени их организатора некоего «жидовина Схарии»). В их учениях Ивана III привлекала критика церковных стяжаний, определяющих назначение Церкви не в накоплении богатств, а в служении Богу. Даже после осуждения религиозного движения на церковном съезде 1490 в окружении великого князя остались приверженцы этого направления. Разочаровавшись в них впоследствии, Иван III сделал ставку на «нестяжателей» - последователей Нила Сорского, осуждавших погрязших в роскоши монахов и церковных иерархов. Противостояли им «иосифляне» - сторонники Иосифа Волоцкого, ратовавшие за богатую и сильную Церковь.

Любопытна история с вопросом престолонаследия, вставшим после кончины старшего сына великого князя Ивана Ивановича в марте 1490. В 1498 году Иван Васильевич, по-прежнему не доверяя своей супруге, объявил наследником престола не своего второго сына Василия, а внука Дмитрия. Однако поддержка пятнадцатилетнего юнца Боярской думой великого князя не обрадовала, и ровно через год - в начале 1499 - Иван III, опасаясь потерять бразды правления страной, освободил из заточения сына Василия. А весной 1502 он подверг внука и его мать опале, переведя из-под домашнего ареста в темницу, где они спустя годы и скончались.

Летом 1503 Ивана Васильевича хватил удар, и с тех пор он «своима ногама ходити одва можаше». К середине 1505 великий князь стал полностью недееспособен, и 27 октября этого же года скончался. Русский престол достался его сыну Василию III. Правил он самовластно и возражений не терпел, однако, не обладая талантами отца, сумел сделать очень немногое - в 1510 покончил с самостоятельностью Пскова, а спустя четыре года присоединил к своим землям Смоленск. Однако при его правлении обострились отношения с Казанским и Крымским ханствами.

По материалам книги Р.Г. Скрынникова «Иван III» и еженедельного издания «Наша история. 100 великих имен».

Ctrl Enter

Заметили ошЫ бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

После смерти Василия II Тёмного в 1462 году на московский престол взошёл его второй сын Иван III (1440-1505). Новый великий князь московский получил завидное наследие от отца. Все русские князья фактически находились в его полной воле. Утихли междоусобные войны, а угроза со стороны Золотой Орды исчезла. Всё это было заслугой Василия Тёмного, но сын оказался ничуть не хуже своего отца.

Тут надо сделать небольшое отступление и сказать, что у хана Золотой Орды Улуг-Мухаммеда было трое сыновей – Касим, Якуб и Махмутек. Последний, желая обрести независимость, убил отца, захватил Казань и создал Казанское ханство, отделившееся от Орды.

Касим приходился другом Василию Тёмному . Он сделал немало для того, чтобы великий князь возвратился на московский престол в 1447 году. За такую услугу Василий выделил Касиму в пожизненное владение город на Оке, который стал называться Касимовом. Именно Касим взялся отомстить за смерть отца и стал главным врагом Махмутека.

От Золотой Орды отделилось и Крымское ханство, и когда-то могучий Джучиев Улус стал включать в себя лишь территорию, прилегающую к Сараю. Таким образом, Золотая Орда перестала представлять серьёзную угрозу для Руси. Однако Москва не могла игнорировать татарские междоусобные войны, так как велись они возле русской границы и напрямую затрагивали интересы Великого княжества московского.

В борьбе между Касимом и Махмутеком Великий князь московский Ивана III принял самое что ни на есть деятельное участие. В 1467 году в Казанском ханстве возник заговор. Некоторые мурзы, недовольные правлением Ибрагима (сын Махмутека), предложили Касиму занять казанский трон. Касим, при поддержке русского войска, двинулся на Казань, но успеха достигнуть не смог.

Через два года, уже после смерти Касима, состоялся второй поход касимовцев и русских на Казань. В этот раз Ибрагим заключил мир на условиях, предложенных Иваном III. Таким образом, Казань перестала представлять угрозу, и великий московский князь смог продолжить политику отца в отношении Великого Новгорода.

Присоединение Новгорода

В Новгороде в то время существовало 2 партии: пролитовская и промосковская. В первую входили бояре во главе с Борецкими. Вторая партия состояла из простых людей. Но бояре имели власть и право принимать политические решения. Поэтому в 1471 году Великий Новгород заключил союз с великим князем Литовским и польским королём Казимиром Ягеллоном. Тот направил в город своего наместника и пообещал защиту от Москвы.

Помимо этого, в антимосковскую коалицию вошла Золотая Орда, которой в то время правил хан Ахмат. То есть создался военный союз против Руси, и Иван III тоже начал искать союзников. Свой взор он обратил на Крымское ханство, во главе которого стоял хан Менгли-Гирей. В 1473 году Москва заключила договор с крымскими татарами. Те пообещали воевать с литовцами, ожидая от москвичей помощи в борьбе с Ахматом.

Войну против враждебной коалиции великий князь московский Иван III начал с похода на Великий Новгород в июне 1471 года. Это было не случайно, так как в русских землях было сильно возмущение союзом Новгорода с Золотой Ордой и литовцами. Простые люди смотрели на такой союз как на измену общерусскому делу и сравнивали поход московского князя с походом Дмитрия Донского на Мамая.

При общенародной поддержке москвичи двинули в северные земли мощную рать, а возглавил её князь Даниил Холмский. Вместе с русским войском шли и татары во главе с касимовским царевичем Данияром. Решающее сражение произошло на реке Шелони 14 июля 1471 года. Новгородским ополчением командовал Дмитрий Борецкий. Его воины были хорошо вооружены, но имели малый военный опыт. Новгородцы также ждали помощи от литовцев, но те так и не появились.

Как результат, новгородское ополчение было разгромлено, а итоги битвы на Шелони оказались для Великого Новгорода печальными. Он полностью отказался от долговременных планов союза с Литвой и заплатил Москве денежную контрибуцию, которая составила более 15 тыс. рублей. Всё это было обговорено в мирном договоре – Коростынском мире, который был заключён 11 августа 1471 года.

Воины Ивана III

Однако Иван III, будучи умным политиком, понимал, что достигнутых успехов явно недостаточно. В Новгороде существовала сильная литовская партия, а сама Литва была в союзе с Золотой Ордой. Поэтому беспрекословное выполнение Новгородом обязательств вызывало сомнения. Московский же князь стремился к полному подчинению Новгорода и низвержению Золотой Орды.

В 1478 году великий московский князь предъявил Новгороду новые требования и выступил во второй поход. Теперь новгородцам ставились жёсткие условия: Вечу не быть, посаднику не быть и беспрекословно подчиняться Москве. В этот раз сопротивление Новгорода было непродолжительным. Вечевая республика подчинилась воле великого князя и приняла все его требования. Символ новгородской вольности вечевой колокол сняли и увезли в Москву, а знатные семейства отправили в другие области как служилых людей.

Так закончилась история последнего независимого княжества Древней Руси. Оно было включено в Великое княжество московское и полностью утратило свою самостоятельность. Вместе с ней исчезли стереотипы поведения вечевой Руси, то есть на новгородской демократии был поставлен большой жирный крест, а люди сохранили лишь память о былых вольностях.

Противостояние Твери

Не всё шло гладко с объединением русских земель под началом Москвы. В 1484 году тверской князь Михаил Борисович заключил договор с Казимиром – великим князем литовским. Такой поступок в Москве посчитали предательством и ударом в спину. Иван III объявил Твери войну. Тверской князь надеялся на помощь литовцев, но те не пришли, и Михаил Борисович был вынужден просить мира.

А тем временем тверские бояре начали целыми семействами покидать своего князя и бить челом великому московскому князю, прося принять их на службу. Михаил же, лишаясь поддержки своего ближайшего окружения, вновь начал просить помощи у Казимира, и такая политика погубила его окончательно. Москва объявила его изменником. К Твери было направлено войско и осадило город. Преданный всеми Михаил бежал в Литву, и противостояние Твери на этом закончилось.

Противостояние Золотой Орды

Сразу надо сказать, что в описываемый период Золотой Орды, как таковой, уже не было. От неё отделились Крымское, Казанское ханство, Ногайская орда и др. Поэтому территорию с центром в Сараево стали назвать Большой Ордой. В то же время сами ордынские ханы считали себя властителями именно Золотой Орды, не желая понимать, что от былого величия остались только жалкие остатки.

Особенно ордынцы негативно относились к набирающей мощь Руси, которая отказалась платить дань в 1473 году. Летом 1480 года хан Золотой Орды Ахмат подошёл со своим войском к пограничной реке Угре (северный приток Оки) и стал лагерем, ожидая помощи от своего литовского союзника Казимира.

Однако Иван III, будучи опытным и дальновидным политиком, предвидел военное противостояние с Золотой Ордой. Поэтому он задействовал крымского хана Менгли-Гирея. Тот двинул своё войско к Литве, и Казимир вынужден был оборонять свои земли от татар. В результате этого Ахмат оказался без союзника, а к другому берегу Угры подошла русская рать. Однако оба войска не решились начать сражение. Стояние на Угре продолжалось до глубокой осени.

На исход конфликта повлиял рейд сборного отряда, состоящего из русских и татар. Командовали им воевода Ноздреватый и царевич Нур-Даулет-Гирей. Отряд ушёл в тыл владений хана Ахмата. Узнав об этом, золотоордынский хан отступил. После этого великий князь московский Иван III выгнал ханских послов и отказался возобновлять выплату дани.

Нетрудно понять, что стояние на Угре являлось всего лишь эпизодом в длительной борьбе Руси и Золотой Орды. И оно вовсе не знаменовало собой свержение ордынского ига. С Ордой перестал считаться ещё Василий Тёмный, а его сын только закрепил прогрессивные начинания отца, направленные на укрепление и объединение Руси. Делалось это в союзе с крымскими татарами, которые в своей внешней политике ориентировались на Москву.

Стояние на Угре русского и татарского войск

Именно этот союз стал решающим в противостоянии с Казанским ханством. Когда одна из вдов казанского царя Ибрагима вышла замуж за Менгли-Гирея, то сын Ибрагима Махмет-Ахминь предъявил свои права за казанский престол. За помощью он обратился к великому князю московскому Ивану III. Тот поддержал претендента войском, которое возглавил Даниил Холмский. Союзные военные силы осадили Казань и установили там власть московского ставленника.

Точно также в 1491 году Великое московское княжество поддержало Менгли-Гирея в его борьбе с детьми Ахмата. Тем самым было положено начало окончательному крушению Золотой Орды. Крымский хан в 1502 году достиг полной победы над последним царём Большой Орды Шихматом.

Война с Великим княжеством литовским

В 1492 году умер великий князь литовский и король польский Казимир. После этого великим князем литовским был избран его сын Александр. А вот на польский трон сел другой сын Ян-Альбрехт. В результате этого разрушилась уния Польши и Литвы. Этим решил воспользоваться великий московский князь. Пользуясь общей неразберихой, о вторгся в литовские земли.

В результате этого к Москве отошли захваченные ранее Литвой земли в верховьях Оки. А итоги этой военной компании были закреплены династическим браком между великим князем литовским Александром и дочерью Ивана III Еленой. Правда, вскоре война в северных землях вспыхнула с новой силой. Победа в ней была одержана московским войском в битве при Ведроше в 1500 году.

Земли Русского государства к концу правления Ивана III на карте

Таким образом, к началу XVI века великий князь московский Иван III получил право величать себя государём всея Руси. И основания для этого имелись. Вся территория Древней Руси, за исключением земель, захваченных Польшей, вошла в состав нового и единого Русского государства. Теперь этому новому государственному образованию предстояло шагнуть в совсем иное историческое время.

Жёны и дети Ивана III

Государь всея Руси Иван III умер 27 октября 1505 года. На престол вступил его сын от второй жены Василий III (1479-1533). Всего у государя было 2 жены: Мария Борисовна Тверская (1442-1467) и Софья Фоминична Палеолог (1455-1503). От первой жены было 2-е детей – Александра и Иван. Вторая жена родила 12 детей – 7 дочерей и 5 сыновей. Из них старший сын Василий унаследовал трон отца и вошёл в историю как Василий III. Он приходился отцом Ивану Грозному.

В жилах Софьи Палеолог текла кровь византийских императоров Палеологов. То есть эта женщина имела самое что ни на есть царское происхождение. А вот Мария Борисовна происходила из рода Рюриковичей. Помолвлена она была с будущем государём в 5-летнем возрасте, а в иной мир ушла совсем молодой. Современники характеризовали её как умную, образованную, добрую и смиренную женщину.

Софья же Палеолог была хоть и умной, но популярностью у русских людей не пользовалась. Её характеризовали как чрезмерно гордую, хитрую, коварную и мстительную. Может быть, негативные черты её характера по наследству передались будущему царю Ивану Грозному? Тут конкретного ответа нет, так как наследственность является довольно расплывчатым и неопределённым понятием.

Александр Семашко

Государь всея Руси Иван 3 родился в эпоху, наполненную драматическими событиями, связанными с непрекращавшимися набегами татар и с жестокой борьбой удельных князей, полной коварства и предательств. В историю России он вошёл как В этом со всей полнотой выражена его роль в становлении государства, занявшего впоследствии шестую часть мира.

Омрачённое детство

В морозный зимний день 22 января 1440 года над Москвой плыл колокольный звон - жена Великого князя Василия II Мария Ярославна благополучно разрешилась от бремени. Господь послал правителю сына-наследника, нареченного в святом крещении Иваном в честь святого Иоанна Златоуста, память которого должна была отмечаться в ближайшие дни.

Радостям счастливого и беззаботного детства юного княжича пришёл конец, когда в 1445 году под Суздалем дружина его отца была наголову разбита татарскими полчищами, а сам князь оказался в плену у хана Улу-Мухаммеда. Жители Москвы и её временный правитель Дмитрий Юрьевич Шемяка находились в ожидании скорого нашествия супостатов на их город, что неминуемо порождало панику и чувство отчаяния.

Вероломство недругов князя

Однако на этот раз Господь отвёл беду, и через некоторое время князь Василий вернулся, но за это москвичи были вынуждены послать в Орду выкуп, составлявший непосильную для них сумму. Недовольством жителей города воспользовались сторонники вошедшего во вкус власти Дмитрия Шемяки и составили заговор против своего законного повелителя.

Повествует о том, как по дороге на богомолье в Троице-Сергиеву Лавру Василий III был вероломно схвачен и по приказу Шемяки ослеплён. Это послужило причиной укоренившегося за ним прозвища «Тёмный», с которым он и известен до наших дней. Для оправдания своих действий заговорщики пустили слух, что Василий намеренно привёл татар на Русь и давал им на откуп подвластные ему города и волости.

Союз с тверским князем

Будущий Великий князь Иван III Васильевич вместе со своими младшими братьями и боярами, сохранившими верность его отцу, спасался от узурпатора в Муроме, но вскоре тому удалось хитростью заманить юного княжича в Москву, а затем отправить в Углич, где томился в заточении его отец. Трудно установить причину его дальнейших действий - убоялся ли гнева Господнего или, что более вероятно, имел в том свои выгоды, но только по прошествии нескольких месяцев Шемяка освободил ослеплённого им пленника и даже пожаловал ему в удельное владение Вологду.

Расчёт на то, что слепота и месяцы, проведённые за решёткой, сломили узника, оказался для Шемяки роковой ошибкой, стоившей ему впоследствии жизни. Оказавшись на свободе, Василий и его сын направились к тверскому князю Борису и, заключив с ним союз, вскоре появились в Москве во главе многочисленной дружины. Власть узурпатора пала, а сам он бежал в Углич. Для большей безопасности была совершена помолвка шестилетнего княжича Ивана с дочерью Бориса княжной Марьей, которой к тому времени исполнилось всего четыре года.

Первый военный поход

В те давние времена дети взрослели рано, и неудивительно, что уже в девятилетнем возрасте наследник начинает именоваться Великим князем, а в 1452 году будущий государь всея Руси Иван 3 возглавляет войско, направленное отцом на захват устюжской крепости Кокшенгу, где показывает себя вполне сложившимся воеводой.

Захватив цитадель и разграбив город, Иван возвращается в Москву. Здесь в присутствии высшего духовенства и при стечении многочисленной толпы он, двенадцатилетний жених, был обвенчан со своей десятилетней невестой. В это же время верные люди князя отравили в Угличе скрывавшегося там Шемяку, чем положили конец его притязаниям на власть и остановили кровавую междоусобицу.

На пороге самостоятельного правления

В последующие годы Иван III Васильевич становится соправителем своего отца Василия II и так же, как и он, именуется Великим князем. До наших дней сохранились монеты той эпохи с надписью «осподари всея Руси». В этот период его княжение являет собой цепь непрестанных военных походов, в которых, руководимый опытным воеводой Фёдором Басенком, он постигает полководческое искусство, навыки в котором будут столь необходимы ему впоследствии.

В 1460 году Василий Тёмный умирает, составив перед смертью завещание, согласно которому княжение Ивана Васильевича III простиралось на большую часть городов страны. Не забыл он и остальных своих сыновей, наделив каждого удельными вотчинами. После его кончины Иван в точности исполнил волю отца, раздав каждому из братьев причитающиеся ему земли, и стал новым единоличным правителем Московского княжества.

Первые самостоятельные шаги

Рано оказавшись втянутым во внутриполитические распри и внешние междоусобицы, двадцатилетний Иван III Васильевич, получив после смерти отца всю полноту власти, был вполне сложившимся правителем. Унаследовав от Василия II огромное, но административно слабо организованное княжество, он с первых дней правления повёл жёсткую линию по его укреплению и расширению.

Возложив на себя всю полноту власти, Иван прежде всего позаботился об усилении общих позиций государства. С этой целью он подтвердил ранее заключённые договоры с Тверским и Белозерским княжествами, а также укрепил своё влияние в Рязани, посадив на княжение своего человека и выдав к тому же за него свою родную сестру.

Расширение границ государства

В начале семидесятых годов Иван III приступил к главному делу своей жизни - присоединению к Москве остальных русских княжеств, первым из которых стало владение ярославского князя Александра Фёдоровича, скончавшегося в 1471 году. Его наследник счёл за благо, получив боярский чин, стать верным слугой московского владыки.

За Ярославским княжеством последовало Дмитровское, также перешедшее под юрисдикцию Великого князя Московского. Вскоре к нему присоединились и Ростовские земли, князья которых предпочли войти в число служилой знати своего мощного соседа.

Покорение Новгорода и рождение нового титула

Особое место в ряду «собирания земли русской», как этот процесс стал именоваться впоследствии, занимает захват Москвой независимого до той поры Новгорода, являвшегося, в отличие от многочисленных удельных княжеств, свободным торгово-аристократическим государством. Захват Новгорода растянулся на достаточно длительный период, с 1471 по 1477 год, и включил в себя два военных похода, первый из которых завершился лишь выплатой новгородцами значительной контрибуции, а второй привёл к полной потере самостоятельности этим древним городом.

Именно конец новгородских походов стал той вехой в истории, когда Иван 3 стал Государем всея Руси. Произошло это отчасти случайно. Двое новгородцев, прибывшие по делам в Москву, составляя челобитную на имя Великого князя, вопреки принятому до того времени обращению «господин», употребили слово «государь». Было ли это случайной опиской или умышленной лестью, но только всем, а в особенности самому князю, подобное выражение верноподданнических чувств пришлось по душе. К этому времени и принято относить принятие Иваном 3 титула Государя всея Руси.

Нашествие татарского хана Ахмата

На период, когда во главе Московского княжества стоял государь всея Руси Иван 3, выпадает важнейшее событие истории, положившее конец власти Орды. Оно известно как Ему предшествовал ряд внутренних конфликтов внутри самого татарского государства, следствием которого стал его распад и значительное ослабление. Воспользовавшись этим, Иван 3, первый государь всея Руси, отказался платить установленную дань и даже приказал казнить направленных к нему послов.

Столь неслыханная прежде дерзость дала повод татарскому хану Ахмату, предварительно договорившись с литовским правителем Казимиром, начать поход на Русь. Летом 1480 года он с многочисленным войском перешёл Оку и расположился станом на берегу Ему навстречу поспешило русское войско, которое возглавлял лично Иван 3, Государь всея Руси. Кратко описывая последующие события, следует отметить, что они не переросли в масштабные военные действия, а свелись лишь к ряду атак противника, отбитых россиянами.

Завершение татаро-монгольского ига и ослабление Литвы

Простояв на Угре до наступления зимы, не дождавшись обещанной Казимиром помощи и опасаясь княжеских дружин, поджидавших их на противоположном берегу, татары были вынуждены отступить. Преследуемые россиянами, они ушли вглубь литовских земель, которые безжалостно разграбили в отместку за нарушение их князем взятых обязательств.

Это стало не только последним крупным вторжением степных кочевников на Русь, завершившим период татаро-монгольского ига, но и существенным ослаблением Литовского княжества, постоянно угрожавшего западным границам государства. С этого периода конфликт с ним приобретает особую остроту, так как присоединение Иваном III к Московскому княжеству значительных территорий входило в противоречие с планами литовских правителей.

Политика в отношении Крымского и Казанского ханства

Умный и дальновидный политик Иван III Васильевич, годы правления которого стали периодом непрекращавшейся борьбы за независимость Российского государства, для пресечения агрессии литовцев вступил в союз с отделившимся в результате междоусобной борьбы от некогда могучей Золотой орды. Согласно заключённым с Москвой договорам, его правители не раз опустошали своими набегами враждебные россиянам территории, ослабляя тем самым их потенциальных противников.

Гораздо хуже складывались отношения Государя всея Руси с Частые набеги татар вынудили россиян предпринять ряд ответных действий, закончившихся неудачей. Эта проблема оставалась неразрешимой вплоть до конца княжения Ивана III и перешла по наследству его преемнику.

Постройка Ивангорода

Присоединение к Московскому княжеству Новгорода породило новую проблему - северо-западным соседом россиян стала Ливония. История отношений с этим государством знала разные этапы, среди которых относительно мирные периоды сменялись вооружёнными конфликтами. Среди мер, которые предпринял Государь всея Руси Иван 3 для безопасности границ, важнейшее место занимает возведение в 1492 году крепости Ивангород на реке Нарве.

Дальнейшее расширение московского княжества

После завоевания Новгорода, когда Иван 3 стал именоваться Государем всея Руси, присоединение им новых земель значительно активизировалось. Начиная с 1481 года, Московское княжество было расширено за счёт включения в него территорий, ранее принадлежавших вологодскому правителю Андрею Меньшому, а затем Верейскому князю Михаилу Андреевичу.

Определённую сложность составило подчинение Москве Тверского княжества, вылившееся в конечном итоге в вооружённый конфликт, закончившийся победой Ивана. Не сумели сохранить независимость также рязанские и псковские земли, повелителем которых после долгой, но безуспешной борьбы стал Московский князь Иван III Васильевич.

Биография этого выдающегося правителя русской земли неразрывно связана с преобразованием доставшегося ему в наследство относительно небольшого удельного княжества в мощное государство. Именно это государство стало основой всей будущей России, в летопись которой он вошёл как Иван Великий. По масштабам совершённых им преобразований этот правитель занимает место в ряду наиболее заслуженных деятелей российской истории.

Жизненный путь он завершил в 27 октября 1505 года, лишь ненадолго пережив свою супругу Софью Палеолог. Предчувствуя скорую смерть, Иван Великий отошёл от дел. Последние месяцы он посвятил посещению святых мест. Прах «собирателя земли русской» уже четыре века покоится в Архангельском соборе, расположенном на территории Московского Кремля, стены которого были возведены в период его правления и на века остались памятником эпохе, творцом которой был Иван 3. Титул государя всея Руси после него вошёл в постоянный обиход и принадлежал всем, кому довелось восходить на российский престол.

Годы жизни: 22 января 1440 - 27 октября 1505
Годы правления: 1462-1505

Из династии Рюриковичей.

Сын московского князя и Марии Ярославны, дочери князя Ярослава Боровского, внучки героя Куликовской битвы В.А. Серпуховского.
Известен также как Иван Великий , Иван Святой.

Великий князь московский с 1462 по 1505 год.

Биография Ивана Великого

Он родился в день памяти апостола Тимофея, поэтому в его честь получил имя при крещении - Тимофей. Но благодаря ближайшему церковному праздником — перенесению мощей св. Иоанна Златоуста, княжич получил имя, под которым он больше всего известен.

С юных лет княжич стал помощником своего незрячего отца. Он принимал активное участие в борьбе с Дмитрием Шемякой, ходил в походы. С целью узаконить новый порядок престолонаследия, Василий II еще при жизни назвал наследника великим князем. Все грамоты писались от имени 2-х великих князей. В 1446 г. княжич в 7-летнем возрасте обручился с Марией, дочерью князя Бориса Александровича Тверского. Этот будущий брак должен был стать символом примирения вечных соперников — Твери и Москвы.

Важную роль в воспитании наследника престола играют военные походы. В 1452 году молодой княжич уже был послан номинальным главой войска в поход на устюжскую крепость Кокшенгу, который был успешно выполнен. Вернувшись из похода с победой, он обвенчался со своей невестой, Марией Борисовной (4 июня 1452 г.). Вскоре Дмитрий Шемяка был отравлен, и длившаяся четверть века кровавая междоусобица пошла на убыль.

В 1455 г.молодой Иван Васильевич совершает победоносный поход против татар, вторгшихся в пределы Руси. В августе 1460 г. он становится во главе русского войска, закрывшего путь на Москву наступающим татарам хана Ахмата.

Великий князь московский Иван III Васильевич

К 1462 году, когда умер Темный, 22-летний наследник был уже человеком много повидавшим, готовым к решению разных государственных вопросов. Отличался рассудительностью, властолюбием и умением неуклонно идти к поставленной цели. Начало правления Иван Васильевич ознаменовал выпуском золотых монет с отчеканенными именами Ивана III и его сына, наследника престола. Получив по духовной грамоте своего отца право на великое княжение, впервые со времен нашествия Батыя московский князь не поехал в Орду для получения ярлыка, и стал властителем территории примерно в 430 тыс. кв. км.
В течение всего правления главной целью внешней политики страны являлось объединение северо-восточной Руси в единое Московское государство.

Так, дипломатическими соглашениями, хитрыми маневрами и силой он присоединил Ярославское (1463), Димитровское (1472), Ростовское (1474) княжества, Новгородскую землю, Тверское княжество (1485), Белозерское княжество (1486), Вятскую (1489), часть Рязанской, Черниговскую, Северскую, Брянскую и Гомельскую земли.

Правитель Москвы беспощадно боролся с княжеско-боярской оппозицией, установив нормы налогов, которые собирались с населения в пользу наместников. Большую роль стали играть дворянское войско и дворянств. В интересах дворян-помещиков было введено ограничение на переход крестьян от одного господина к другому. Крестьяне получили право перехода только один раз в году - за неделю до осеннего Юрьева дня (26 ноября) и спустя неделю после Юрьева дня. При нем появилась артиллерия как составная часть войска.

Победы Ивана III Васильевича Великого

В 1467 — 1469 гг. успешно велись военные действия против Казани, в итоге добились ее вассальной зависимости. В 1471 году он совершил поход на Новгород и, благодаря удару по городу на нескольких направлениях, совершенному профессиональными воинами, в ходе битвы на Шелони 14 июля 1471 года, победил в последней феодальной войне на Руси, включив Новгородские земли в состав Русского государства.

После войн с Литовским великим княжеством (1487 – 1494гг.; 1500 – 1503гг.) к Руси отошли многие западно-русские города и земли. Согласно Благовещенскому перемирию 1503 года в состав русского государства вошли: Чернигов, Новгород-Северский, Стародуб, Гомель, Брянск, Торопец, Мценск, Дорогобуж.

Успехи в расширении страны способствовали и росту международных связей со странами Европы. В частности, был заключён союз с Крымским ханством, с ханом Менгли-Гиреем, при этом в договоре прямо назывались враги, против которых стороны должны были совместно действовать - хан Большой Орды Ахмат и великий литовский князь. В последующие годы русско-крымский союз показал свою действенность. В ходе русско-литовской войны 1500-1503 гг. Крым оставался союзником России.

В 1476 году правитель Москвы прекратил уплату дани хану Большой Орды, что должно было привести к столкновению двух давних противников. 26 октября 1480 г. «стояние на р.Угре» завершилось фактической победой Российского государства, получив желанную независимость от Орды. За свержение золотоордынского ига в 1480 году Иван Васильевич получил в народе прозвище Святой.

Объединение ранее раздробленных русских земель в единое государство настоятельно требовало единства правовой системы. В сентябре 1497 года в действие был введён Судебник - единый законодательный кодекс, в котором отразились нормы таких документов, как: Русская Правда, Уставные грамоты (Двинская и Белозерская), Псковская судная грамота, ряд указов и распоряжений.

Время правления Ивана Васильевича также охарактеризовалось масштабным строительством, возведением храмов, развитием зодчества, расцветом летописания. Так, возведены Успенский собор (1479), Грановитая палата (1491), Благовещенский собор (1489), построены 25 церквей, интенсивное строительство московского и новгородского Кремля. Построены крепости Ивангород (1492), в Белоозере (1486 год), в Великих Луках (1493 год).

Появление двуглавого орла в качестве государственного символа Московского государства на печати одной из грамот, выданной в 1497 году Иваном III Васильевичем символизировало равенство рангов императора Священной Римской империи и великого князя московского.

Был женат дважды:
1) с 1452 г. на Марии Борисовне, дочери тверского князя Бориса Александровича (умерла в 30-летнем возрасте, по слухам — была отравлена): сын Иван Молодой
2) с 1472 г. на византийской царевне Софье Фоминичне Палеолог, племяннице последнего императора Византии, Константина XI

сыновья: Василий, Юрий, Дмитрий, Семён, Андрей
дочери: Елена, Феодосия, Елена и Евдокия

Браки Ивана Васильевича

Брак Московского государя с Греческой царевной был важным событием в русской истории. Он открыл путь связям Московской Руси с Западом. Вскоре после этого он первый получил прозвание Грозного, потому что был для князей дружины монархом, требующим беспрекословного повиновения и строго карающим за ослушание. По первому указанию Грозного головы неугодных князей и бояр ложились на плаху. После женитьбы он принял титул «Государь всея Руси».

Со временем 2-й брак Ивана Васильевича стал одним из источников напряжённости при дворе. Сложились 2 группировки придворной знати, одна из которых поддерживала наследника престола - Молодого (сына от 1-го брака), а вторая - новую великую княгиню Софью Палеолог и Василия(сын от второго брака). Эта семейная распря, во время которой столкнулись враждебные политические партии, переплелась еще с церковным вопросом — о мерах против жидовствующих.

Смерть царя Ивана III Васильевича

Поначалу Грозный после смерти своего сына Молодого (умер от подагры), короновал его сына, а своего внука, Дмитрия 4 февраля 1498 года в Успенском соборе. Но вскоре благодаря искусной интриге со стороны Софьи и Василия встал на их сторону. 18 января 1505 года в заточении умерла Елена Стефановна, мать Дмитрия, а в 1509 году в тюрьме умер и сам Дмитрий.

Летом 1503 года московский правитель серьёзно заболел, он ослеп на один глаз; наступил частичный паралич одной руки и одной ноги. Оставив дела, он отправился в поездку по монастырям.

27 октября 1505 года Иван Великий скончался. Своим наследником перед смертью он назвал сына Василия.
Похоронен государь всея Руси в Архангельском соборе Московского Кремля.

Историки сходятся во мнении, что это правление было чрезвычайно успешным, именно при нем Русское государство к началу XVI века заняло почетное международное положение, выделяясь новыми идеями, культурно-политическим ростом.

Иван III Васильевич Великий. Подробнейшее описание жизни и государственной деятельности Великого князя Всея Руси. Брак с византийской царевной Софьей Палеолог, двуглавый орел - новый герб России, падение ордынского ига, строительство современного Кремля, его соборов, возведение колокольни Ивана Великого. Москва - Третий Рим, новая идеология укрепляющегося московского государства.

Иван III Васильевич ВЕЛИКИЙ . Великий Князь Всея Руси, правил с 1450 года по 1505 год. Детство и юность Ивана Великого .

В 1425 г. в Москве умирал великий князь Василий I Дмитриевич. Он оставлял великое княжение своему малолетнему сыну Василию, хотя и знал, что не смирится с этим его младший брат - князь галицкий и звенигородский Юрий Дмитриевич. Свои права на престол Юрий обосновывал словами духовной грамоты (т.е. завещания) Дмитрия Донского: «А по грехом отъимет Бог сына моего князя Василия, а хто будет под тем сын мои (т.е. младший брат Василия), тому княж Васильев удел». Мог ли знать великий князь Дмитрий, составляя в 1380 г. своё завещание, когда его старший сын ещё не был женат, а остальные и вовсе были отроками, что эта неосторожно брошенная фраза станет искрой, от которой зажжётся пламя междоусобной брани? В начавшейся после смерти Василия Дмитриевича борьбе за власть было всё: и взаимные обвинения, и взаимные наговоры при ханском дворе, и вооружённые столкновения. Энергичный и опытный Юрий дважды захватывал Москву, но в середине 30-х гг. XV в. он умер на великокняжеском престоле в момент своего триумфа. Однако смута на этом не закончилась. Сыновья Юрия - Василий Косой и Дмитрий Шемяка - продолжили борьбу. В такие времена войн и смут появился на свет будущий «государь всея Руси». Поглощённый водоворотом политических событий, лишь скупую фразу обронил летописец: «Родися великому князю сын Иван генваря 22» (1440 г.).

7 июля 1445 г. московские полки были разбиты в битве с татарами у Спасо-Евфимьева монастыря под Суздалем, а мужественно бившийся великий князь Василий Васильевич II, отец Ивана, попал в плен. В довершение бед вспыхнул пожар, поглотивший все деревянные строения Москвы. Осиротевшая великокняжеская семья покидала страшный полыхающий город... Василий II возвратился на Русь после внесения огромного выкупа в сопровождении татарского отряда. Москва бурлила, недовольная поборами и приходом татар. Часть московского боярства, купцов и монахов строила планы возведения на престол Дмитрия Шемяки, злейшего врага великого князя. В феврале 1446 г., взяв с собой сыновей Ивана и Юрия, великий князь отправился на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, видимо надеясь отсидеться. Узнав об этом, Дмитрий Шемяка без труда захватил столицу. Его союзник, князь Иван Андреевич Можайский, устремился к монастырю. В простых санях привезли захваченного в плен великого князя в Москву, а тремя днями позже его ослепили. Василий Васильевич II стал именоваться Темным. В то время как с отцом происходили эти трагические события, Иван и его брат укрывались в монастыре у тайных сторонников свергнутого великого князя. Забыли о них недруги, а может, и просто не нашли. После отъезда Ивана Можайского верные люди перевезли княжичей сначала в село Боярово - Юрьевскую вотчину князей Ряполовских, а потом в Муром. Так Ивану, ещё шестилетнему мальчику, пришлось многое испытать и пережить.

В Твери у великого князя Бориса Александровича семья изгнанников нашла приют и поддержку. И опять Иван стал участником большой политической игры. Великий князь тверской согласился помочь не бескорыстно. Одним из его условий был брак Ивана Васильевича с тверской княжной Марией. И ничего, что будущему жениху всего шесть лет, а невесте и того меньше. Вскоре состоялось обручение, в величественном Спасо-Преображенском соборе его совершил епископ Тверской Илия. Пребывание в Твери завершилось отвоеванием полыхающего Кремля, дорога в неизвестность. Таковы первые яркие впечатления детства Ивана. А в Муроме он, сам того не ведая, сыграл крупную политическую роль. Он стал зримым символом сопротивления, знаменем, под которое стекались все, кто остался верен свергнутому Василию Тёмному. Понимал это и Шемяка, поэтому и приказал доставить Ивана в Переяславль. Оттуда его привезли к отцу в Углич, в заточение. Вместе с другими членами семьи Иван Васильевич стал свидетелем исполнения хитроумного плана своего отца, который, едва приехав в Вологду (пожалованный ему Шемякой удел), устремился в Кирилло-Белозерский монастырь Москвы в феврале 1447 г. Год назад, спешно покидая Москву, уезжал в неизвестность испуганный мальчик; теперь же в столицу вместе с отцом въезжал официальный наследник престола, будущий зять могущественного тверского князя.

Василия Тёмного неотступно преследовала тревога за будущее своей династии. Слишком много он сам вытерпел и понимал поэтому, что в случае его смерти престол может стать яблоком раздора не только между наследником и Шемякой, но и между его, Василия, собственными сыновьями. Лучший выход - провозгласить Ивана великим князем и соправителем отца. Пусть подданные привыкают видеть в нём своего повелителя, пусть младшие братья растут в уверенности, что именно он их господин и государь по праву; пусть недруги видят, что управление государством в надёжных руках. Да и сам наследник должен был почувствовать себя венценосцем и постичь премудрости правления державой. Не в этом ли заключалась причина его грядущих успехов? Но Шемяке опять удалось уйти от погони. Основательно ограбив местное племя кокшаров, московские рати возвращались домой. В том же году настало время выполнить давнее обещание о породнении московского и тверского великокняжеских домов. «Того же лета женился князь великий Иван Васильевич месяца июня 4, в канун Троицева дню». Год спустя в Новгороде неожиданно умер Дмитрий Шемяка. Людская молва утверждала, что его отравили по-тайному. Уже с 1448 г. Иван Васильевич титулуется в летописях великим князем, так же как и его отец.

Задолго до вступления на престол в руках Ивана Васильевича оказываются многие рычаги власти; он выполняет важные военные и политические поручения. В 1448 г. он находился во Владимире с войском, прикрывавшим от татар важное южное направление, а в 1452 г. отправился в свой первый военный поход. Это был последний поход времён династической борьбы. Шемяка, давно уже бессильный, тревожил мелкими набегами, в случае опасности растворяясь в необъятных северных просторах. Возглавив поход на Кокшенгу, 12-летний великий князь должен был изловить недруга по заданию Василия II. Но как бы то ни было, перевернулась очередная страница истории, а для Ивана Васильевича кончилось детство, которое вместило столько драматических событий, сколько иной человек не переживал за всю жизнь. С начала 50-х гг. XV в. и до смерти своего отца в 1462 г. Иван Васильевич шаг за шагом овладевал непростым ремеслом государя. Мало-помалу в его руки сходились нити управления сложной системой, в самом сердце которой был стольный град Москва, наиболее сильный, но пока ещё не единственный центр власти на Руси. От этого времени дошли до наших дней грамоты, запечатанные собственной печатью Ивана Васильевича, а на монетах появились имена двух великих князей - отца и сына. После похода великого князя в 1456 г. на Новгород Великий в тексте мирного договора, заключённого в местечке Яжелбицы, права Ивана были официально приравнены к правам его отца. К нему должны были приезжать новгородцы, чтобы высказывать свои «обиды» и искать «управу». Появляется у Ивана Васильевича и другая важная обязанность: оберегать московские земли от непрошеных гостей - татарских отрядов. Трижды - в 1454, 1459 и 1460 гг. - полки, возглавляемые Иваном, выступали навстречу неприятелю и заставляли татар отойти, нанося им урон. 15 февраля 1458 г. Ивана Васильевича ожидало радостное событие: у него родился первенец. Назвали сына Иваном. Раннее рождение наследника давало уверенность, что усобица не повторится, а «отчинный» (т.е. от отца к сыну) принцип наследования престола восторжествует.

Первые годы правления Ивана III .

В конце 1461 г. был раскрыт заговор в Москве. Его участники хотели освободить томящегося в неволе серпуховского князя Василий Ярославича и поддерживали связь с лагерем эмигрантов в Литве - политических противников Василия II. Заговорщики были схвачены. В начале 1462 г., в дни Великого поста, их предали мучительной казни. Кровавые события на фоне покаянных великопостных молитв знаменовали собой смену эпох и постепенное наступление единодержавия. Вскоре, 27 марта 1462 г., в 3 часа ночи великий князь Василий Васильевич Тёмный умер. В Москве теперь был новый государь - 22-летний великий князь Иван. Как всегда в момент перехода власти, оживились внешние противники, словно хотевшие убедиться в том, крепко ли держит в своих руках бразды правления молодой государь. Новгородцы давно уже не выполняли условий Яжелбицкого договора с Москвой. Псковичи изгнали московского наместника. В Казани у власти был недружественный Москве хан Ибрагим. Василий Тёмный в своей духовной прямо благословил старшего сына «своей отчиной» - великим княжением.

С тех пор как Батый подчинил Русь, престолами русских князей распоряжался ордынский повелитель. Теперь же его мнения никто не спрашивал. Вряд ли мог смириться с этим Ахмат - хан Большой Орды, мечтавший о славе первых покорителей Руси. Неспокойно было и в самой великокняжеской семье. Сыновья Василия Тёмного, младшие братья Ивана III, получили по завещанию отца все вместе почти столько же, сколько унаследовал великий князь, и были недовольны этим. В такой обстановке молодой государь решил действовать напористо. Уже в 1463 г. к Москве был присоединён Ярославль. Местные князья в обмен на владения в Ярославском княжестве получили земли и сёла из рук великого князя. Псков и Новгород, недовольные властной рукой Москвы, легко смогли найти общий язык. В том же году в псковские пределы вошли немецкие полки. Псковичи обратились за помощью одновременно в Москву и Новгород. Однако новгородцы не спешили помочь своему «младшему брату». Великий князь же три дня не пускал «на очи» прибывших псковских послов. Лишь после этого он согласился сменить гнев на милость. В результате Псков принял наместника из Москвы, а его отношения с Новгородом резко обострились. Этот эпизод наилучшим образом демонстрирует приёмы, с помощью которых Иван Васильевич обычно добивался успеха: он старался сначала разъединить и рассорить противников, а потом заключить с ними мир поодиночке, добившись при этом выгодных для себя условий. На военные столкновения великий князь шёл лишь в исключительных случаях, когда были исчерпаны все другие средства. Уже в первые годы своего правления Иван умел вести тонкую дипломатическую игру. В 1464 г. на Русь задумал пойти надменный Ахмат - повелитель Большой Орды. Но в решительный момент, когда татарские полчища были готовы хлынуть на Русь, в тыл им ударили войска крымского хана Азы-Гирея. Ахмат вынужден был подумать о собственном спасении. Таков оказался результат соглашения, заранее достигнутого между Москвой и Крымом.

Борьба с Казанью.

Неотвратимо надвигался конфликт с Казанью. Боевым действиям предшествовала длительная подготовка. На Руси ещё со времён Василия II жил татарский царевич Касым, имевший несомненные права на престол в Казани. Именно его Иван Васильевич намеревался утвердить в Казани как своего ставленника. Тем более что местная знать настойчиво приглашала Касыма занять трон, обещая поддержку. В 1467 г. состоялся первый поход московских полков на Казань. С ходу город взять не удалось, а казанские союзники не осмелились выступить на стороне осаждавших. В довершение всего Касым вскоре скончался. Ивану Васильевичу срочно пришлось менять свои планы. Почти сразу после неудачной экспедиции татары совершили несколько набегов на русские земли. Великий князь распорядился укрепить гарнизоны в Галиче, Нижнем Новгороде и Костроме и занялся подготовкой большого похода на Казань. Были мобилизованы все слои московского населения и подвластных Москве земель. Отдельные полки целиком состояли из московских купцов и посадских людей. Братья великого князя возглавили ополчения своих владений. Войско делилось на три группировки. Первые две, руководимые воеводами Константином Беззубцевым и князем Петром Васильевичем Оболенским, сходились под Устюг и Нижний Новгород. Третья рать князя Даниила Васильевича Ярославского двинулась на Вятку. Согласно замыслу великого князя, основным силам следовало остановиться, не дойдя до Казани, тогда как «охочий люди» (добровольцы) и отряд Даниила Ярославского должны были заставить хана поверить, что главного удара следует ждать именно с этой стороны. Однако, когда стали выкликать желающих, почти вся рать Беззубцева вызвалась идти на Казань. Пограбив окрестности города, эта часть русских полков попала в трудное положение и вынуждена была с боем пробиваться к Нижнему Новгороду. В итоге главная цель вновь не была достигнута. Но не таков был Иван Васильевич, чтобы смириться с неудачей. В сентябре 1469 г. новая московская рать под командованием брата великого князя - Юрия Васильевича Дмитревского - вновь подступила к стенам Казани. В походе участвовала и «судовая» рать (т.е. войско, погруженное на речные суда). Осадив город и перекрыв доступ воды, русские вынудили хана Ибрагима капитулировать, «взяли мир на всей своей воле» и добились выдачи «полона» - соотечественников, томящихся в неволе.

Покорение Новгорода.

Новые тревожные вести пришли из Новгорода Великого. К концу 1470 г. новгородцы, воспользовавшись тем, что Иван Васильевич был поглощён сначала внутренними проблемами, а потом войной с Казанью, перестали платить Москве пошлины и вновь захватили земли, от которых отступились по договору с прежними великими князьями. В вечевой республике всегда была сильна партия, ориентировавшаяся на Литву. В ноябре 1470 г. новгородцы приняли князем Михаила Олельковича. В Москве не сомневались, что за его спиной стоял соперник московского государя на Руси - великий князь литовский и король польский Казимир IV. Иван Васильевич полагал, что конфликт неизбежен. Но он не был бы самим собой, если бы сразу вступил в вооружённое противостояние. На протяжении нескольких месяцев, вплоть до лета 1471 г., шла активная дипломатическая подготовка. Благодаря усилиям Москвы Псков занял антиновгородскую позицию. Главным покровителем вольного города был Казимир IV. В феврале 1471 г. его сын Владислав стал чешским королём, но в борьбе за престол у него появился могущественный конкурент - венгерский государь Матвей Корвин, которого поддержали Папа римский и Ливонский орден. Удержаться у власти без помощи отца Владислав не смог бы. Дальновидный Иван Васильевич почти полгода выжидал, не начиная боевых действий, пока Польша не втянулась в войну за чешский престол. Казимир IV не решился воевать на два фронта. Хан Большой Орды Ахмат тоже не пришёл на помощь Новгороду, опасаясь нападения союзника Москвы - крымского хана Хаджи-Гирея. Новгород остался один на один с грозной и могущественной Москвой. В мае 1471 г. был окончательно разработан план наступления против Новгородской республики. Решено было нанести удар с трёх сторон, чтобы заставить неприятеля раздробить силы. «Того же лета... князь велики с братию и с всею силою поиде к Новгороду Великому, с все стороны воюючи и пленяючи» - писал об этом летописец. Стояла страшная сушь, и это делало обычно непроходимые болота под Новгородом вполне преодолимыми для великокняжеских полков. Вся Северо-восточная Русь, послушная воле великого князя, сходилась под его знамена. Готовились к походу союзные рати из Твери, Пскова, Вятки, прибывали полки из владений братьев Ивана Васильевича. В обозе ехал дьяк Стефан Бородатый, умевший говорить по памяти цитатами из русских летописей. Это «оружие» весьма пригодилось потом при переговорах с новгородцами. Тремя потоками вошли московские полки в новгородские пределы. На левом фланге действовал 10-тысячный отряд князя Даниила Холмского и воеводы Федора Хромого. На правый фланг был послан полк князя Ивана Стриги Оболенского, чтобы не допустить притока свежих сил из восточных владений Новгорода. В центре, во главе самой мощной группировки, выступил сам государь.

Безвозвратно минули времена, когда в 1170 г. «мужи вольные» - новгородцы - наголову разбили рати московского князя Андрея Боголюбского. Словно тоскуя по тем временам, на исходе XV в. безвестный новгородский мастер создал икону, на которой изображена та славная победа. Теперь всё было иначе. 14 июля 1471 г. 40-тысячное войско - всё, что смогли собрать в Новгороде, - сошлось в битве с отрядом Даниила Холмского и Федора Хромого. Как повествует летопись, «...вскоре побежали новгородцы, гонимы гневом Божиим... Полки же великого князя гнались за ними, кололи их и секли». В плену оказались посадники, у которых был найден текст договора с Казимиром IV. В нём, в частности, были и такие слова: «А пойдёт князь великий Московский на Великий Новгород, ибо тебе нашему господину честному королю всести на конь за Великий Новгород противу великого князя». Государь московский пришёл в ярость. Пленные новгородцы были без жалости казнены. Прибывавшие из Новгорода посольства тщетно просили унять гнев и начать переговоры. Только когда в ставку великого князя в Коростынь прибыл архиепископ Новгородский Феофил, великий князь внял его мольбам, предварительно подвергнув послов унизительной процедуре. Вначале новгородцы били челом московским боярам, те в свою очередь обратились к братьям Ивана Васильевича, чтобы они упросили самого государя. Правота великого князя доказывалась ссылками на летописи, которые так хорошо знал дьяк Стефан Бородатый. II августа был заключён Коростынский договор. Отныне новгородская внешняя политика полностью подчинялась воле великого князя. Вечевые грамоты выдавались теперь от имени московского государя и скреплялись его печатью. Впервые он признавался верховным судьей в делах дотоле вольного Новгорода. Эта мастерски проведённая военная кампания и дипломатический успех делали Ивана Васильевича подлинным «государем всея Руси».

1 сентября 1471 г. въезжал он в свою столицу с победой под восторженные крики москвичей. Несколько дней продолжалось ликование. Все чувствовали - победа над Новгородом поднимает Москву и её государя на ранее недосягаемую высоту. 30 апреля 1472 г. состоялась торжественная закладка нового Успенского собора в Кремле. Он должен был стать зримым символом московского могущества и единства Руси. В июле 1472 г. напомнил о себе хан Ахмат, который всё ещё считал Ивана III своим «улусником», т.е. подданным. Обманув русские заставы, ждавшие его на всех дорогах, он внезапно появился под стенами Алексина - небольшой крепости на границе с Диким Полем. Ахмат осадил и зажёг город. Отважные защитники предпочли погибнуть, но не сложили оружия. Вновь грозная опасность нависла над Русью. Только соединение всех русских сил могло остановить ордынцев. Подошедший к берегам Оки Ахмат увидел величественную картину. Перед ним простиралась «многыя полкы великого князя, аки море колеблющеся, доспехи же на них бяху чисты вельми, яко сребро блистающи, и вооружени зело». Поразмыслив, Ахмат приказал отступать...

Женитьба на Софье Полеолог.

Первая жена Ивана III, тверская княжна Мария Борисовна, скончалась ещё 22 апреля 1467 г. А 11 февраля 1469 г. в Москве появились послы из Рима - от кардинала Виссариона. Они приехали к великому князю, чтобы предложить ему жениться на жившей в изгнании после падения Константинополя племяннице последнего византийского императора Константина XI Софье Палеолог. Для русских Византия долгое время была единственным православным царством, оплотом истинной веры. Византийская империя пала под ударами турок, но, породнившись с династией её последних «василевсов» - императоров, Русь как бы заявляла о своих правах на наследие Византии, на величественную духовную роль, которую эта держава когда-то играла в мире. Вскоре в Рим отправился представитель Ивана, итальянец на русской службе Джан Баттиста делла Вольпе (Иван Фрязин, как его называли в Москве). В июне 1472 г. в соборе Святого Петра в Риме Иван Фрязин обручился с Софьей от имени московского государя, после чего невеста в сопровождении пышной свиты отправилась на Русь. В октябре того же года Москва встречала свою будущую государыню. В недостроенном ещё Успенском соборе состоялся обряд венчания. Греческая принцесса стала великой княгиней московской, владимирской и новгородской. Отблеск тысячелетней славы некогда могучей империи озарил молодую Москву.

У венценосных владык почти не бывает спокойных дней. Таков уж жребий государя. Вскоре после свадьбы Иван III отправился в Ростов к больной матери и там получил известие о смерти брата Юрия. Всего на год Юрий был моложе великого князя. Вернувшись в Москву, Иван III решается на небывалый шаг. В нарушение древнего обычая он присоединяет все земли умершего Юрия к великому княжению, не поделившись с братьями. Назревал открытый разрыв. Примирить сыновей сумела в тот раз мать - Мария Ярославна. По заключённому ими соглашению Андрей Большой (Углицкий) получал город Романов на Волге, Борис - Вышгород, Андрей Меньшой - Тарусу. Дмитров, где княжил покойный Юрий, остался за великим князем. Давно Иван Васильевич лелеял мысль о том, чтобы добиться увеличения своей власти за счёт братьев - удельных князей. Ещё незадолго до похода на Новгород он провозгласил своего сына великим князем. По Коростынскому договору права Ивана Ивановича были приравнены к правам отца. Это поднимало наследника на небывалую высоту и исключало претензии братьев Ивана III на престол. И вот теперь был сделан ещё один шаг, закладывавший основу новых отношений между членами великокняжеской семьи. В ночь с 4 на 5 апреля 1473 г. Москва была объята пламенем. Сильные пожары, увы, были делом нередким. В эту ночь отошёл в вечность митрополит Филипп. Его преемником стал епископ Коломенский Геронтий. Ненадолго пережил покойного владыку Успенский собор, его любимое детище. 20 мая рухнули стены храма, уже почти достроенного. Великий князь решил сам заняться возведением новой святыни. По его поручению в Венецию отправился Семен Иванович Толбузин, который вёл переговоры с искусным каменных, литейных и пушечных дел мастером Аристотелем Фиораванти. В марте 1475 г. итальянец прибыл в Москву. Он возглавил строительство Успенского храма, доныне украшающего Соборную площадь Московского Кремля.

Поход «миром» на Великий Новгород. Конец вечевой республики

Побежденный, но не подчинившийся до конца, Новгород не мог не беспокоить великого князя московского. 21 ноября 1475 г. Иван III прибыл в столицу вечевой республики «миром». Он всюду принимал дары от жителей, а вместе с ними и жалобы на произвол властей. «Вятшие люди» - вечевая верхушка во главе с владыкой Феофилом - устроили пышную встречу. Почти два месяца продолжались пиры и приёмы. Но и здесь, должно быть, примечал государь, кто из бояр ему друг, а кто - скрытый «супротивник». 25 ноября представители Славковой и Микитиной улиц подали ему жалобу на самоуправство высших новгородских чиновников. После судебного разбирательства были схвачены и отправлены в Москву посадники Василий Онаньин, Богдан Есипов и ещё несколько человек, все - лидеры и сторонники «литовской» партии. Не помогли мольбы архиепископа и бояр. В феврале 1476 г. великий князь возвратился в Москву. Звезда Новгорода Великого неумолимо приближалась к закату. Общество вечевой республики давно уже разделилось на две части. Одни стояли за Москву, другие с надеждой смотрели в сторону короля Казимира IV. В феврале 1477 г. в Москву приехали новгородские послы. Приветствуя Ивана Васильевича, они назвали его не «господином», как обычно, а «государем». По тем временам подобное обращение выражало полное подчинение. Иван III немедленно воспользовался этим обстоятельством. В Новгород отправились бояре Федор Хромой, Иван Тучко Морозов и дьяк Василий Долматов, чтобы осведомиться, какого «государства» хотят от великого князя новгородцы. Собралось вече, на котором московские послы изложили суть дела. Сторонники «литовской» партии услышали, о чём идёт речь, и бросили в лицо побывавшему в Москве боярину Василию Никифорову обвинения в измене: «Переветник, был ты у великого князя и целовал ему крест против нас». Василий и ещё несколько активных сторонников Москвы были убиты. Шесть недель волновался Новгород. Послам было заявлено о желании жить с Москвой «по старине» (т.е. сохранить новгородскую вольность). Становилось ясно, что нового похода не избежать. Но Иван III, по своему обыкновению, не спешил. Он понимал, что с каждым днём новгородцы будут всё более погрязать во взаимных дрязгах и обвинениях, а число его сторонников станет расти под впечатлением нависшей вооружённой угрозы.

Когда великий князь выступил из Москвы во главе объединённых сил, новгородцы не смогли даже собрать полки, чтобы попытаться отразить нападение. В столице был оставлен молодой великий князь Иван Иванович. По дороге в ставку то и дело прибывали новгородские посольства в надежде завязать переговоры, но их даже не допускали к государю. Когда до Новгорода оставалось не более 30 км, приехал сам архиепископ Новгородский Феофил с боярами. Они называли Ивана Васильевича «государем» и просили «отложить гнев» на Новгород. Однако, когда дело дошло до переговоров, оказалось, что послы недостаточно отчётливо представляют себе сложившуюся ситуацию и требуют слишком многого. Великий князь с войскам прошёл по льду озера Ильмень и встал под самыми стенами города. Московские рати со всех сторон обложили Новгород. То и дело подходили подкрепления. Прибыли псковские полки с пушками, братья великого князя с войском, татары касимовского царевича Данияра. Феофилу, в очередной раз побывавшему в московском стане, был дан ответ: «Восхощет нам, великим князем, своим государем, отчина наша Новгород бити челом, и они знают, отчина наша, как... бити челом». Между тем положение в осажденном городе заметно ухудшалось. Не хватало продовольствия, начался мор, усилились междоусобные склоки. Наконец, 7 декабря 1477 г. на прямой вопрос послов, какого «государства» хочет Иван III в Новгороде, государь московский ответил: «Хотим государства своего как на Москве, государство наше таково: вечевому колоколу в отчине нашей в Новгороде не быть, посаднику не быть, а государство нам своё держать как у нас на низовской земле». Эти слова прозвучали приговором новгородской вечевой вольнице. Территория собираемого Москвой государства увеличилась в несколько раз. Присоединение Новгорода - один из важнейших итогов деятельности Ивана III, великого князя московского и всея Руси.

Стояние на реке Угре. Конец ордынского ига.

12 августа 1479 г. в Москве был освящен новый собор во имя Успения Божьей Матери, задуманный и построенный как архитектурный образ единого Русского государства. «Бысть же та церковь чюдна вельми величеством и высотою, светлостью и звонкостью и пространством, такова же преже того не бывала в Руси, опроче (помимо) Владимерскыя церкви...» - восклицал летописец. Торжества по случаю освящения собора продлились до конца августа. Высокий, чуть сутулившийся Иван III выделялся в нарядной толпе своих родственников и придворных. Не было рядом с ним только его братьев Бориса и Андрея. Однако не прошло и месяца с начала празднеств, как грозное предзнаменование грядущих бед потрясло столицу. 9 сентября Москва неожиданно загорелась. Пожар быстро распространялся, подступая к стенам Кремля. Все, кто мог, вышли на борьбу с огнем. Даже великий князь и его сын Иван Молодой тушили пламя. Многие оробевшие, видя своих великих князей в алых отблесках огня, также занялись тушением пожара. К утру стихию удалось остановить. Думал ли тогда уставший великий князь, что в зареве пожара начинается самый трудный период его княжения, который продлится около года? Именно тогда на кон будет поставлено всё, чего удалось достичь за десятилетия кропотливого государственного труда.

До Москвы доходили слухи о назревающем заговоре в Новгороде. Иван III вновь отправился туда «миром». На берегу Волхова он провёл остаток осени и большую часть зимы. Одним из результатов его пребывания в Новгороде был арест архиепископа Новгородского Феофила. В январе 1480 г. опального владыку под конвоем отправили в Москву. Новгородской оппозиции был нанесён ощутимый удар, однако тучи над великим князем продолжали сгущаться. Впервые за много лет Ливонский орден напал большими силами на земли Пскова. Из Орды доходили смутные известия о подготовке нового нашествия на Русь. В самом начале февраля пришла ещё одна плохая новость - братья Ивана III князья Борис Волоцкий и Андрей Большой решились на открытый мятеж и вышли из повиновения. Нетрудно было догадаться, что союзников они будут искать в лице великого князя литовского и короля польского Казимира и, может быть, даже хана Ахмата - врага, от которого исходила самая страшная опасность для русских земель. В сложившихся условиях московская помощь Пскову сделалась невозможной. Иван III спешно покинул Новгород и выехал в Москву. Государство, раздираемое внутренними смутами, перед лицом внешней агрессии было обречено. Иван III не мог не понимать этого, и потому первым его движением было желание уладить конфликт с братьями. Их недовольство было вызвано планомерным наступлением московского государя на принадлежавшие им удельные права полунезависимых властителей, уходившие своими корнями во времена политической раздробленности. Великий князь был готов идти на большие уступки, однако не мог перейти грань, за которой начиналось возрождение прежней удельной системы, принёсшей на Русь столько бедствий в прошлом. Начавшиеся переговоры с братьями зашли в тупик. Своей ставкой князья Борис и Андрей избрали Великие Луки - город на границе с Литвой - и вели переговоры с Казимиром IV. О совместных действиях против Москвы договорился с Казимиром и Ахмат.

Иван III разрывает ханскую грамоту

Весной 1480 г. стало ясно, что достичь соглашения с братьями не удастся. В эти же дни пришло страшное известие - хан Большой Орды во главе огромного войска начал медленное продвижение на Русь. Хан не торопился, ожидая обещанной помощи от Казимира. «Того же лета, - повествует летопись, - злоименитый царь Ахмат... поиде на православное христьяньство, на Русь, на святые церкви и на великого князя, похваляся разорити святые церкви и все православие пленити и самого великого князя, яко же при Батый беше (было). Летописец не напрасно вспомнил тут Батыя. Опытный воин и честолюбивый политик, Ахмат мечтал о полном восстановлении ордынского господства над Русью. Ситуация становилась критической. В череде плохих известий отрадным было одно, пришедшее из Крыма. Туда по указанию великого князя отправился Иван Иванович Звенец Звенигородский, который должен был любой ценой заключить с воинственным крымским ханом Менгли-Гиреем договор о союзе. Послу была поставлена задача добиться от хана обещания, что тот в случае вторжения Ахмата в русские пределы ударит ему в тыл или по крайней мере нападёт на земли Литвы, отвлекая силы короля. Цель посольства была достигнута.

Заключённый в Крыму договор стал важным достижением московской дипломатии. В кольце внешних врагов Московского государства была пробита брешь. Приближение Ахмата ставило великого князя перед выбором. Можно было запереться в Москве и ждать врага, надеясь на прочность её стен. В этом случае огромная территория оказалась бы во власти Ахмата и ничто уже не смогло бы помешать соединению его сил с литовскими. Был другой вариант - двинуть русские полки навстречу врагу. Именно так поступил в 1380 г. Дмитрий Донской. Последовал примеру своего прадеда и Иван III. В начале лета на юг были посланы большие силы под командованием Ивана Молодого и верного великому князю брата Андрея Меньшого. Русские полки разворачивались по берегу Оки, тем самым создавая мощный заслон на пути к Москве. 23 июня в поход выступил сам Иван III. В тот же день из Владимира в Москву была привезена чудотворная икона Владимирской Божьей Матери, с заступничеством которой связывали спасение Руси от войск грозного Тамерлана в 1395 г.

В течение августа и сентября Ахмат искал слабое место в русской обороне. Когда ему стало ясно, что Ока крепко охраняется, он предпринял обходной маневр и повёл свои войска к литовской границе, надеясь в районе устья реки Угры (приток Оки) прорвать линию русских полков. Иван III, озабоченный неожиданным изменением намерений хана, срочно выехал в Москву «на совет и думу» с митрополитом и боярами. В Кремле состоялся совет. Митрополит Геронтий, мать великого князя, многие из бояр и высшего духовенства высказались за решительные действия против Ахмата. Было решено готовить город к возможной осаде. Московские посады были сожжены, а их жители переселены внутрь крепостных стен. Как ни тяжела была эта мера, опыт подсказывал, что она необходима: в случае осады расположенные рядом со стенами деревянные постройки могли послужить неприятелю укреплениями или материалом для строительства осадных машин. В те же дни к Ивану III пришли послы от Андрея Большого и Бориса Волоцкого, которые заявили о прекращении мятежа. Великий князь пожаловал братьям прощение и повелел им двигаться со своими полками к Оке. Затем он вновь покинул Москву.

Тем временем Ахмат попытался форсировать Угру, но его атака была отбита силами Ивана Молодого. Несколько дней продолжались бои за переправы, которые также не принесли ордынцам успеха. Вскоре противники заняли оборонительные позиции на противоположных берегах реки. Началось знаменитое «стояние на Угре». То и дело вспыхивали перестрелки, но на серьёзную атаку ни одна из сторон не решалась. В таком положении начались переговоры. Ахмат потребовал, чтобы к нему с изъявлением покорности явился сам великий князь, или его сын, или по крайней мере его брат, а также чтобы русские выплатили дань, которую задолжали за несколько лет. Все эти требования были отклонены, и переговоры прервались. Вполне возможно, что Иван пошёл на них, стремясь выиграть время, поскольку ситуация медленно менялась в его пользу. На подходе были силы Андрея Большого и Бориса Волоцкого. Менгли-Гирей, выполняя своё обещание, напал на южные земли Великого княжества Литовского. В эти же дни Ивану III пришло пламенное послание архиепископа Ростовского Вассиана Рыло. Вассиан призывал великого князя не слушать лукавых советников, которые «не перестают шептать в ухо... слова обманные и советуют... не противиться супостатам», а последовать примеру прежде бывших князей, «которые не только обороняли Русскую землю от поганых (т.е. не христиан), но и иные страны подчиняли». «Только мужайся и крепись, духовный сын мой, - писал архиепископ, - как добрый воин Христов по великому слову Господа нашего в Евангелии: „Ты пастырь добрый. Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец...»

Наступала зима. Угра замерзала и из водной преграды с каждым днём всё более превращалась в крепкий ледяной мост, соединяющий враждующие стороны. И русские, и ордынские воеводы начинали заметно нервничать, опасаясь, что противник первым решится на внезапное нападение. Сохранение войска сделалось главной заботой Ивана III. Цена необдуманного риска была слишком велика. В случае гибели русских полков Ахмату открывалась дорога в самое сердце Руси, а король Казимир IV не преминул бы воспользоваться случаем и вступить в войну. Не было уверенности и в том, что сохранят лояльность братья и недавно подчинённый Новгород. Да и крымский хан, видя поражение Москвы, мог быстро позабыть о своих союзнических обещаниях. Взвесив все обстоятельства, Иван III в начале ноября приказал отвести русские силы от Угры к Боровску, который в зимних условиях представлял собой более выгодную оборонительную позицию. И тут случилось неожиданное! Ахмат, решив, что Иван III уступает ему берег для решающей битвы, начал спешное отступление, похожее на бегство. В погоню за отступающими ордынцами были отправлены небольшие русские силы. Иван III с сыном и всем воинством вернулся в Москву, «и возрадовашася, и возвеселишася все людие радостию велиею зело». Ахмат спустя несколько месяцев был убит в Орде заговорщиками, разделив судьбу другого неудачливого завоевателя Руси - Мамая.

Современникам спасение Руси показалось чудом. Однако неожиданное бегство Ахмата имело и земные причины, не исчерпывавшиеся цепочкой счастливых для Руси военных случайностей. Стратегический план обороны русских земель в 1480 г. был хорошо продуман и четко осуществлен. Дипломатические усилия великого князя предотвратили вступление в войну Польши и Литвы. Свою лепту в спасение Руси внесли и псковичи, к осени остановившие немецкое наступление. Да и сама Русь была уже не той, что в XIII в., во времена нашествия Батыя, и даже в XIV в. - перед лицом орд Мамая. На место полунезависимых, враждующих друг с другом княжеств пришло сильное, хотя ещё и не совсем окрепшее внутренне Московское государство. Тогда, в 1480 г., трудно было оценить значение случившегося. Многие вспоминали рассказы дедов о том, как всего через два года после славной победы Дмитрия Донского на Куликовом поле Москва была сожжена войсками Тохтамыша. Однако история, любящая повторы, на этот раз пошла по другому пути. Иго, тяготевшее над Русью два с половиной столетия, окончилось.

Покорение Твери и Вятки.

Спустя пять лет после «стояния на Угре» Иваном III был сделан ещё один шаг к окончательному объединению русских земель: в состав Русского государства было включено Тверское княжество.Давно прошли те времена, когда гордые и отважные тверские князья спорили с московскими о том, кому из них собирать Русь. История разрешила их спор в пользу Москвы. Однако Тверь ещё долго оставалась одним из крупнейших русских городов, а её князья были в числе самых могущественных. Совсем ещё недавно тверской монах Фома восторженно писал про своего великого князя Бориса Александровича (1425- 1461 гг.): «Много искал я в премудрых книгах и среди существовавших царств, но нигде не нашёл ни среди царей царя, ни среди князей князя, кто бы был подобен сему великому князю Борису Александровичу... И воистину подобает нам радоваться, видя его, великого князя Бориса Александровича, славное княжение, исполненное многого самовластья, ибо покоряющимся - от него честь, а непокоряющимся - казнь!»

Сын Бориса Александровича Михаил уже не имел ни могущества, ни блеска своего отца. Однако он хорошо понимал, что происходит на Руси: всё движется к Москве - вольно или невольно, добровольно или уступая силе. Даже Новгород Великий -и он не устоял перед московским князем и расстался со своим вечевым колоколом. Да и тверские бояре - разве они не перебегают один за другим на службу к Ивану Московскому?! Всё движется к Москве... Не придёт ли однажды и его, великого князя тверского, очередь признать над собой власть москвича?..Последней надеждой Михаила сделалась Литва. В 1484 г. он заключил с Казимиром договор, нарушивший пункты достигнутого ранее соглашения с Москвой. Остриё нового литовско-тверского союза было недвусмысленно направлено в сторону Москвы. В ответ на это в 1485 г. Иван III объявил Твери войну. Московские войска вторглись в тверские земли. Казимир не спешил помочь своему новому союзнику. Не имея сил сопротивляться в одиночку, Михаил поклялся, что больше не будет иметь никаких отношений с врагом Москвы. Однако вскоре после заключения мира свою клятву он нарушил. Узнав об этом, великий князь в том же году собрал новую рать. Московские полки подступили к стенам Твери. Михаил тайно бежал из города. Тверичи во главе со своими боярами открыли великому князю ворота и присягнули ему на верность. Независимое великое княжество Тверское прекратило своё существование. В 1489 г. к Русскому государству была присоединена Вятка - отдалённая и во многом загадочная для современных историков земля за Волгой. С присоединением Вятки дело собирания русских земель, не входивших в Великое княжество Литовское, было закончено. Формально самостоятельными оставались только Псков и великое княжество Рязанское. Однако они находились в зависимости от Москвы. Расположенные на опасных рубежах Руси, эти земли часто нуждались в военной помощи великого князя московского. Власти Пскова уже давно не решались ни в чём перечить Ивану III. В Рязани правил юный князь Иван, который приходился великому князю внучатым племянником и был ему во всём послушен.

Успехи внешней политики Ивана III.

К концу 80-х гг. Иван окончательно принял титул «великого князя всея Руси». Названный титул был известен в Москве ещё с XIV в., но именно в эти годы он сделался официальным и из политической мечты превратился в реальность. Два страшных бедствия - политическая раздробленность и монголо-татарское иго - ушли в прошлое. Достижение территориального единства русских земель было важнейшим итогом деятельности Ивана III. Однако он понимал, что останавливаться на этом нельзя. Молодое государство нуждалось в укреплении изнутри. Надлежало обеспечить безопасность его границ. Ждала своего решения и проблема русских земель, попавших в последние столетия под власть католической Литвы, которая время от времени усиливала нажим на своих православных подданных. В 1487 г. великокняжеские рати совершили поход на Казанское ханство - один из осколков распавшейся Золотой Орды. Казанский хан признал себя вассалом Московского государства. Тем самым почти на двадцать лет было обеспечено спокойствие на восточных рубежах русских земель. Дети Ахмата, владевшие Большой Ордой, уже не могли собрать под свои знамена войско, сравнимое по численности с войском их отца. Крымский хан Менгли-Гирей оставался союзником Москвы, и дружественные отношения с ним ещё более укрепились после того, как в 1491 г. во время похода детей Ахмата на Крым Иван III послал на помощь Менгли русские полки.

Относительное спокойствие на востоке и юге позволило великому князю обратиться к решению внешнеполитических задач на западе и северо-западе. Центральной проблемой тут оставались взаимоотношения с Литвой. В результате двух русско-литовских войн (1492-1494 гг. и 1500- 1503 гг.) в состав Московского государства удалось включить десятки древних русских городов, среди которых были такие крупные, как Вязьма, Чернигов, Стародуб, Путивль, Рыльск, Новгород-Северский, Гомель, Брянск, Дорогобуж и др. Титул «великого князя всея Руси» наполнился в эти годы новым содержанием. Иван III провозгласил себя государем не только подвластных ему земель, но и всего русского православного населения, которое проживало на землях, входивших некогда в состав Киевской Руси. Не случайно Литва долгие десятилетия отказывались признать законность этого нового титула. К началу 90-х гг. XV в. Россия установила дипломатические отношения со многими государствами Европы и Азии. И с императором Священной Римской империи и с султаном Турции великий князь московский соглашался разговаривать только как равный. Московское государство, о существовании которого ещё несколько десятилетий назад мало кто знал в Европе, быстро получало международное признание.

Внутренние преобразования.

Внутри государства постепенно отмирали пережитки политической раздробленности. Князья и бояре, ещё недавно обладавшие огромной властью, теряли её. Множество семей старого новгородского и вятского боярства насильно были переселены на новые земли. В последние десятилетия великого княжения Ивана III, наконец, исчезли удельные княжества. После смерти Андрея Меньшого (1481 г.) и двоюродного дяди великого князя Михаила Андреевича (1486 г.) прекратили своё существование Вологодский и Верейско-Белозерский уделы. Печальна была судьба Андрея Большого, удельного князя углицкого. В 1491 г. он был арестован и обвинён в измене. Старший брат припомнил ему и мятеж в тяжёлом для страны 1480 году, и другие его «неисправления». Сохранилось свидетельство, что впоследствии Иван III раскаивался в том, сколь жестоко он обошёлся с братом. Но что-либо изменить было уже поздно - после двух лет заключения Андрей умер. В 1494 г. скончался последний брат Ивана III - Борис. Свой Волоцкий удел он оставил сыновьям Федору и Ивану. По завещанию, составленному последним, большая часть причитавшегося ему отцовского наследства в 1503 г. перешла к великому князю. После смерти Ивана III удельная система в прежнем своём значении никогда уже не возрождалась. И хотя он наделил своих младших сыновей Юрия, Дмитрия, Семена и Андрея землями, они уже не имели в них реальной власти. Уничтожение старой удельно-княжеской системы потребовало создания нового порядка управления страной.

В конце XV в. в Москве начали формироваться органы центрального управления - «приказы», которые были прямыми предшественниками петровских «коллегий» и министерств XIX в. В провинции главную роль стали играть наместники, назначавшиеся самим великим князем. Претерпевало изменение и войско. На место княжеских дружин приходили полки, состоящие из помещиков. Помещики получали от государства на время своей службы населённые земли, которые и приносили им доход. Земли эти назывались «поместьями». Провинность или раннее прекращение службы означали потерю поместья. Благодаря этому помещики были заинтересованы в честной и долгой службе московскому государю. В 1497 г. был издан Судебник - первый общегосударственный свод законов со времён Киевской Руси. Судебник вводил единые правовые нормы для всей страны, что явилось важным шагом к упрочению единства русских земель. В 1490 г. в возрасте 32 лет скончался сын и соправитель великого князя, талантливый полководец Иван Иванович Молодой. Его смерть привела к долгому династическому кризису, который омрачил последние годы жизни Ивана III. После Ивана Ивановича остался малолетний сын Дмитрий, представлявший старшую линию потомков великого князя. Другим претендентом на престол был сын Ивана III от второго брака, будущий государь всея Руси Василий III (1505-1533 гг.). За обоими претендентами стояли ловкие и влиятельные женщины - вдова Ивана Молодого валашская принцесса Елена Стефановна и вторая жена Ивана III, византийская принцесса Софья Палеолог. Выбор между сыном и внуком оказался для Ивана III делом крайне непростым, и он несколько раз менял своё решение, стремясь отыскать такой вариант, который бы не привёл к новой череде междоусобий после его смерти.

Поначалу верх взяла «партия» сторонников Дмитрия-внука, и он в 1498 г. был коронован по неизвестному до того чину великокняжеского венчания, несколько напоминавшему обряд венчания на царство византийских императоров. Юный Дмитрий был провозглашен соправителем деда. На плечи ему были возложены царственные «бармы» (широкие оплечья с драгоценными камнями), а на голову - золотая «шапка». Однако торжество «великого князя всея Руси Дмитрия Ивановича» продолжалось недолго. Уже в следующем году он и его мать Елена попали в опалу. А ещё через три года за ними сомкнулись тяжёлые двери темницы. Новым наследником престола стал княжич Василий. Ивану III, как и многим другим великим политикам эпохи средневековья, пришлось в очередной раз принести в жертву государственной надобности и свои родственные чувства, и судьбы своих близких. Между тем к великому князю незаметно подкрадывалась старость. Ему удалось завершить дело, завещанное отцом, дедом, прадедом и их предшественниками, дело, в святость которого уверовал ещё Иван Калита, - «собирание» Руси.

Летом 1503 г. у великого князя случился удар. Настало время задуматься о душе. Иван III, нередко круто обходившийся с духовенством, был тем не менее глубоко набожен. Больной государь отправился на богомолье по монастырям. Посетив Троицу, Ростов, Ярославль, великий князь вернулся в Москву. В 1505 г. Иван III, «божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных» умер. Личность Ивана Великого была противоречива, как и время, в которое он жил. В нём уже не было пылкости и удали первых московских князей, но за его расчётливым прагматизмом ясно угадывалась высокая цель жизни. Он бывал грозен и часто внушал ужас окружающим, но никогда не проявлял бездумной жестокости и, как свидетельствовал один его современник, был «до людей ласков», не гневался на мудрое слово, сказанное ему в упрёк. Мудрый и осмотрительный, Иван III умел ставить перед собой ясные цели и достигать их.

Первый государь всея Руси.

В истории Русского государства, центром которого стала Москва, вторая половина XV столетия была временем юности - быстро расширялась территория, одна за другой следовали военные победы, завязывались отношения с далёкими странами. Старый обветшавший Кремль с небольшими соборами уже казался тесным, и на месте разобранных древних укреплений выросли мощные стены и башни, сложенные из красного кирпича. Внутри стен поднялись просторные соборы. Засияли белизной камня новые княжеские терема. Сам великий князь, принявший гордый титул «государя всея Руси», облачился в златотканые одеяния, а на своего наследника торжественно возложил богато расшитые оплечья - «бармы» - и драгоценную «шапку», похожую на корону. Но, для того чтобы каждый - будь он русский или иноземец, крестьянин или государь соседней страны - осознал возросшее значение Московского государства, одного внешнего великолепия было недостаточно. Необходимо было найти и новые понятия - идеи, в которых отразились бы и древность русской земли, и её независимость, и сила её государей, и истинность её веры. Этим поиском занялись русские дипломаты и летописцы, князья и монахи. Собранные воедино, их идеи составили то, что на языке науки называется идеологией. Начало формирования идеологии единого Московского государства относится к периоду княжения великого князя Ивана III (1462-1505 гг.) и его сына Василия (1505-1533 гг.). Именно в это время были сформулированы две основные идеи, остававшиеся неизменными на протяжении нескольких столетий, - идеи богоизбранности и независимости Московского государства.

Теперь всем предстояло узнать, что на востоке Европы появилось новое и сильное государство - Россия. Иван III и его окружение выдвинули новую внешнеполитическую задачу - присоединить западные и юго-западные русские земли, находившиеся под властью Великого княжества Литовского. В политике далеко не всё решается одной военной силой. Стремительное возвышение власти великого князя московского привело его к мысли о необходимости искать достойные обоснования своим действиям. Следовало объяснить вольнолюбивым новгородцам и гордым тверичам, почему именно московский князь, а не тверской или рязанский великий князь, является законным «государем всея Руси» - единственным владыкой всех русских земель. Нужно было доказать чужеземным монархам, что их русский собрат ни в чём не уступает им - ни в знатности, ни в могуществе. Надо было, наконец, заставить Литву признать, что она владеет древними русскими землями «не по правде», незаконно. Тем золотым ключом, который подобрали создатели идеологии единого Русского государства сразу к нескольким политическим «замкам», стало учение о древнем происхождении власти великого князя. Об этом думали и раньше, но именно при Иване III Москва со страниц летописей и устами послов громко заявила, что власть свою великий князь получил от самого Бога и от своих киевских прародителей, владевших в Х-XI вв. всей русской землёй.

Подобно тому, как возглавлявшие русскую церковь митрополиты жили сначала в Киеве, затем во Владимире, а позднее в Москве, так и киевские, владимирские и, наконец, московские великие князья самим Богом были поставлены во главе всех русских земель в качестве наследных и полновластных христианских государей. Именно на это ссылался Иван III, обращаясь в 1472 г. к непокорным новгородцам: «Вотчина моя это, люди новгородские, изначала: от дедов, от прадедов наших, от великого князя Владимира, крестившего землю Русскую, от правнука Рюрика, первого великого князя в вашей земле. И от того Рюрика и до сегодняшнего дня знали вы единственный род тех великих князей, сначала киевских, и до самого великого князя Дмитрия-Всеволода Юрьевича Владимирского (Всеволод Большое Гнездо, владимирский князь в 1176- 1212 гг.), а от того великого князя и до меня... владеем мы вами...» Тридцать лет спустя, во время мирных переговоров с литовцами после удачной для России войны 1500-1503 гг., посольские дьяки Ивана III подчёркивали: «Русская земля от наших предков, из старины, наша отчина... хотим за свою отчину стояти, как нам Бог поможет: у нас Бог помочник и наша правда!» «Старину» дьяки вспомнили не случайно. В те времена это понятие было очень важным.

Именно поэтому великому князю было очень важно заявить о древности своего рода, показать, что он - не выскочка, а правитель русской земли по «старине» и «правде». Не менее важна была и мысль о том, что источником великокняжеской власти является воля самого Господа. Это ещё больше возвышало великого князя над его подданными, которые, как писал один иностранный дипломат, побывавший в начале XVI в. в Москве, постепенно начинали верить, что «воля государя есть воля Божья». Провозглашаемая «близость» к Богу накладывала на монарха ряд обязанностей. Ему надлежало быть благочестивым, милостивым, заботиться о сохранении его народом истинной православной веры, творить справедливый суд и, наконец, «боронить» (защищать) свою землю от врагов. Конечно, в жизни далеко не всегда великие князья и цари соответствовали этому идеалу. Но именно такими хотел их видеть русский народ. Новые идеи происхождения власти великого князя московского, древности его династии позволили ему уверенно заявить о себе среди европейских и азиатских правителей. Русские послы давали понять иностранным владыкам, что «государь всея Руси» - независимый и великий правитель. Даже в отношениях с императором Священной Римской империи, который в Европе признавался первым монархом, Иван III не желал поступаться своими правами, считая себя равным ему по положению.

По примеру того же императора он приказал вырезать на своей печати символ власти - увенчанного коронами двуглавого орла. По европейским образцам был составлен и новый великокняжеский титул: «Иоанн, Божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных». При дворе начали вводиться пышные церемонии. Своего внука Дмитрия, впоследствии попавшего в немилость, Иван III венчал на великое княжение по новому торжественному обряду, напоминавшему обряды венчания византийских императоров. О них Ивану могла рассказывать его вторая жена - византийская принцесса Софья Палеолог... Так во второй половине XV в. в Москве создавался новый образ великого князя - сильного и полновластного «государя всея Руси», равного по своему достоинству императорам. Вероятно, в последние годы жизни Ивана III или вскоре после его смерти в придворных кругах было написано сочинение, призванное ещё больше прославить род московских князей, наложить на него отблеск величия древних римских и византийских императоров.

Это сочинение получило название «Сказание о князьях владимирских». Автор «Сказания» старался доказать, что род русских князей связан с самим царём «веса вселенныа» Августом - императором, правившим в Риме с 27 г. до н.э. по 14 г. н.э. У этого императора, говорилось в «Сказании», был некий «сродник» (родственник) по имени Прус, которого он послал правителем «на берега Вислы-реки в города Мальборк, и Торунь, и Хвоини, и преславный Гданьск, и во многие другие города по реке, называемой Неманом и впадающей в море. И жил Прус очень много лет, до четвёртого поколения; и с тех пор до нынешних времён зовётся это место Прусской землей». А у Пруса, говорилось дальше, был потомок, которого звали Рюрик. Этого-то Рюрика и позвали новгородцы к себе на княжение. От Рюрика произошли все русские князья - и великий князь Владимир, крестивший Русь, и правнук его Владимир Мономах, и все последующие - вплоть до великих князей московских. Связать свою родословную с древними римскими императорами стремились почти все европейские монархи того времени. Великий князь, как мы видим, не стал исключением. Однако на этом «Сказание» не кончается. Далее оно повествует о том, как в XII в. древние царские права русских князей были особо подтверждены византийским императором Константином Мономахом, приславшим великому князю киевскому Владимиру (1113-1125 гг.) знаки императорской власти - крест, драгоценный «венец» (корону), сердоликовую чашу императора Августа и другие предметы. «И с тех пор, - гласит «Сказание», - великий князь Владимир Всеволодыч стал именоваться Мономахом, царем великой Руси... С тех пор и доныне тем венцом царским, который прислал греческий царь Константин Мономах, венчаются великие князья владимирские, когда ставятся на великое княжение русское».

У историков достоверность этого предания вызывает большие сомнения. Но современники отнеслись к «Сказанию» иначе. Его идеи проникли в московское летописание XVI столетия и сделались важным звеном официальной идеологии. Именно на «Сказание» ссылался Иван IV (1533- 1584 гг.), добиваясь признания за собой царского титула. Центром, где создавалась новая идеология, была Москва. Однако о новом значении Московского государства задумывались не только в Кремле. Долгими бессонными ночами при дрожащем свете лучины думал о судьбе России, о её настоящем и будущем монах Псковского Елеазарова монастыря Филофей. Свои мысли он изложил в посланиях великому князю Василию III и его дьяку Мисюрю Мунехину. Филофей был уверен, что Россия призвана сыграть в истории особую роль. Она - последняя страна, где сохранилась истинная православная вера в своём первоначальном, неиспорченном виде. Вначале чистоту веры сохранял Рим, но постепенно вероотступники замутили чистый источник. На смену Риму пришёл Константинополь, столица Византии, - «второй Рим». Но и там от истинной веры отступили, согласившись на унию (объединение) с католической церковью. Произошло это в 1439 г. А в 1453 г. в наказание за этот грех древний город был предан в руки «агарян» (турок). «Третьим» и последним «Римом», центром мирового православия, стала с тех пор Москва. «Так знай, - писал Филофей Мунехину, - что все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве... и это - российское царство: ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвёртому не бывать!» Из этого Филофей сделал вывод, что русский государь «во всей поднебесной есть христианам царь» и является «сохранителем... святой вселенской апостольской церкви, возникшей вместо римской и константинопольской и существующей в богоспасаемом граде Москве». Однако Филофей отнюдь не предлагал великому князю силою меча привести все христианские земли под свою власть. Чтобы Россия стала достойна этого высокого предназначения, он призвал великого князя «хорошо урядить своё царство» - искоренить в нём несправедливость, немилосердие и обиды. Идеи Филофея в совокупности составили так называемую теорию «Москва - третий Рим». И хотя эта теория не вошла в официальную идеологию, она подкрепила одно из важнейших её положений - о богоизбранности России, став вехой в развитии русской общественной мысли. Идеология единого Московского государства, основа которой была заложена во второй половине XV - начале XVI вв., продолжала развиваться в XVI-XVII столетиях, приобретая более законченные и вместе с тем неподвижные, окостеневшие формы. О первых же десятилетиях её создания напоминают величественные соборы Московского Кремля и гордый двуглавый орёл, в начале 90-х гг. XX столетия вновь ставший государственным гербом России.